Ангел тьмы

Скрестив руки на груди, как это делала моя бабушка, я свернула направо, потом опять направо, потом еще раз направо — и вдруг очутилась на открытом пространстве! Я все-таки вышла из проклятого лабиринта! В туманной мгле передо мной виднелась светлая плитка дорожки. Глубоко вдохнув сырой холодный воздух, насыщенный хвойным запахом, я шагнула по ней и вскоре увидела окруженный соснами каменный домик под низкой крышей из красного шифера. Это зрелище так удивило меня, что я невольно вскрикнула.

Боже, как же хорошо быть богатым и тратить деньги на собственные прихоти! Этот сказочный домик словно сошел со страниц детской книги о Матушке Гусыне.

Обвивающий его низенький, по колено, заборчик из штакетника служил скорее подпоркой для розовых кустов, чем изгородью. Днем все это смотрелось наверняка иначе, радуя взор, но сейчас, в темноте, я растерялась и замерла на месте, не зная, что делать дальше. Может, лучше вернуться в дом Тони? Оглянувшись назад, я увидела, как сгустился туман и заслонил плотной пеленой даже лабиринт.

Ноздри щекотал едкий запах дыма, расплывающегося змеиными кольцами над крышей. Так ведь это домик садовника, сообразила я наконец. И сейчас наверняка этот добродушный старичок ужинает со своей женой, и простая еда на их столе покажется мне вкуснее всех изысканных блюд, приготовленных на кухне, которую Тони мне даже не показал.

Приглушенный неверный свет, падающий из домика на дорожку, манил к себе, и я торопливо пошла к квадратам окон, пока их тоже не затянуло туманом.

Я немного постояла в нерешительности возле двери, затем, собравшись с духом, трижды постучала в нее кулаком.

На мой стук никто не вышел, хотя было ясно, что внутри кто-то есть. Возмущенная равнодушием к себе и уверенная, что, как член семьи Таттертон, достойна внимания, я повернула ручку и вошла в теплую комнату, освещенную лишь огнем в камине.

Спиной ко мне сидел молодой человек. По его стройным длинным ногам в черных брюках я догадалась, что он довольно высокого роста. Волнистые волосы на его крепко посаженной голове отливали медью в отблесках огня.

Мне всегда казалось раньше, что именно такого цвета будут волосы у Кейта, когда он вырастет. Густые и шелковистые кудри незнакомца ниспадали до белого воротничка его батистовой сорочки, длинные широкие рукава которой придавали ей сходство с одеянием художника или поэта.

Я переступила с ноги на ногу и сделала шаг в сторону, в надежде, что хозяин обратит наконец на меня внимание. Теперь я видела его профиль.