Ангел тьмы

А мы с ней были любовниками на протяжении по крайней мере двух месяцев, из чего я вынужден сделать следующий вывод: имеется очень большая вероятность, что ты моя дочь.

Руки мои упали как плети, я побледнела. В ушах у меня зазвенело, и ноги стали словно ватные.

— Я не верю тебе, — осевшим голосом произнесла я. — Это неправда. Не может быть, что Трой мой дядя…

— Мне очень жаль, Хевен, мне действительно очень жаль, но это так. После того как ты рассказала мне историю знакомства и женитьбы Ли и Люка Кастила, мне стало ясно, что он не мог быть твоим отцом, если только ты не появилась на свет раньше срока.

Бабушка никогда не упоминала об этом?

Пятясь назад, я молча покачала головой. Так значит, бродяга Кастил, которого я считала своим палашей, мне вовсе и не отец!

— Ты говорила, что отец всегда ненавидел тебя, Хевен. И я догадываюсь почему: Ли вполне могла признаться ему, что беременна, даже до того, как они поженились. И я уже ни капельки не сомневаюсь, что ты моя дочь: у тебя волосы точно такие же, как и у Троя, и такие же тонкие и длинные пальцы, как у всех Таттертонов.

Он растопырил свои пальцы, и я сравнила их со своими. Ничего нового для себя я в них не увидела — те же маленькие ладошки с тонкими длинными пальцами и овальными ногтями. Что же до цвета моих волос, так у половины женщин в мире такие волосы, ничего в них необыкновенного тоже нет. Мне всегда казалось, что и у моей бедной бабушки были бы точно такие же руки, как и у меня, если бы ей не приходилось всю жизнь столько работать.

Я проглотила ком в горле и, тяжело вздохнув, молча покинула кабинет Тони, опасаясь, что от пережитого потрясения меня стошнит. С трудом поднявшись по лестнице, я упала на кровать в своей спальне и разрыдалась.

Так, значит, я вовсе не из рода Кастилов? И у меня нет пятерых родных дядей, отбывающих пожизненный срок в тюрьме?

Я даже не услышала, как в комнату вошел Тони. Опустившись рядом с кроватью на колени, он тихо и мягко произнес:

— Не нужно так все усложнять, моя дорогая! Мне искренне жаль, что я разрушил твой любовный роман с Троем, но зато теперь я знаю, что ты моя дочь, и очень рад этому.

Все уладится, вот увидишь. Я понимаю, что потряс тебя своим признанием, но ты должна знать, что я все равно любил твою мать. Она была совсем еще ребенком, но я до сих пор не в силах ее забыть. Я также люблю, хотя и по-своему, тебя, Хевен, и очень признателен за все, что ты сделала для Троя.