Так что здесь находился человек, которому Билли страшно завидовал, — Брэдфорд Мейтленд. Он владел всеми этими деньгами, мог жить, как ему хотелось, и путешествовать, но всему свету.
Хорошо быть одним из Мейтлендов! Как здорово быть сыном Джекоба Мейтленда! Билли с детства мечтал об этом. Правда, он давно выбросил из головы эти дурацкие мысли, но зависть мучила его по-прежнему.
Он насторожился, услышав донесшиеся до него слова.
— Вон, посмотри, сюда приходит даже такая шваль, как Шеррингтон, — презрительно сказала Кристал.
— Ты имеешь в виду того беднягу, которого показывала мне? Который валяется в переулке?
— Да, того отвратительного пьянчужку… Это Уильям Шеррингтон… Кстати, он живет всего в миле от «Золотых дубов»… Не понимаю, почему Джекоб Мейтленд не прогонит этого типа со своей земли!
— Наверно, жалеет его, — проговорила Кендиз.
— Господи, Кендиз! Нашла кого жалеть! Давай побыстрее уйдем отсюда, пока нас никто не заметил.
«То-то, — ухмыльнулся Билли. — Катитесь отсюда, принцессочки поганые, пока ваши спесивые дружки и подружки не увидели вас.
Сучки паршивые!»
Кровь у него закипела, когда он услышал новость об отце Анджелы Шеррингтон. На эту дикую, своенравную девчонку он уже давно глаз положил. Хотя ей исполнилось всего четырнадцать лет, за последнее время она как-то неожиданно налилась соками и стала самым соблазнительным кусочком из всех девчонок этого фермерского отребья.
Билли едва узнал ее, когда несколько месяцев назад Анджела вошла к нему в лавку.
Куда девался худенький подросток с нечесаными каштановыми патлами! Формы ее тела округлились, изменилось и повзрослело лицо. Анджела Шеррингтон стала откровенно хорошенькой! Глаза ее походили на темно-фиолетовые озера, окруженные густыми черными ресницами. Билли никогда раньше не доводилось видеть глаз такого цвета. Они манили, звали и околдовывали.
После того дня Билли зачастил на ферму Шеррингтона. Прячась за кустами можжевельника, которые образовывали густую изгородь перед домиком, он наблюдал за тем, как Анджела работает в поле со своим отцом.
Она обычно носила брюки в обтяжку и хлопчатобумажную рубашку с закатанными рукавами. Билли не мог отвести глаз от округлых ягодиц, когда Анджела наклонялась к земле.
Билли с трудом дождался прихода отца. Выскочив из лавки, он в первую очередь удостоверился в правильности слов Кристал о том, что Уильям Шеррингтон валяется в переулке пьяный.
Момент был исключительно удобный.
