Английская роза

Однако лорд Чарнок еще не успел открыть рот, чтобы ответить непрошеному гостю, как она почувствовала, что ее опасения были совершенно напрасными. Ее муж посмотрел на князя таким взглядом, который любого другого человека заставил бы совершенно стушеваться — и который немного смутил даже этого заносчивого аристократа, привыкшего ни с кем и ни с чем не считаться.

— Я искренне сожалею, ваше сиятельство, — спокойно проговорил лорд Чарнок, — что вы понапрасну примчались в Санкт-Петербург. Вам следовало оставаться за городом и заняться поиском подходящей дичи для вашей охоты.

Было совершенно ясно, что лорд Чарнок намеренно пытается оскорбить князя словами, имевшими понятный всем подтекст.

Князь, едва сдерживая ярость, ответил:

— Можете сколько угодно пытаться вывернуться, Чарнок, но пока вы находитесь в России, вы будете подчиняться нашим законам — а царь настаивает на том, чтобы мисс Тайвертон вернулась.

— По вашим настояниям, надо полагать! — отозвался лорд Чарнок.

— Я на ваши вопросы отвечать не обязан! — раздраженно огрызнулся князь.

Повернувшись к графу Дэрему, он сказал:

— Как посол Британии вы, ваше превосходительство, должны понимать, что хотя здесь, в здании посольства, мисс Тайвертон пользуется неприкосновенностью, так как находится на территории вашей страны, но стоит ей только выйти за пределы посольства — и ее можно арестовать за то, что она не выполнила приказ императора!

Граф был заметно выше князя и сейчас надменно выпрямился во весь рост, ответив в своей обычной высокомерной манере, которая оказалась особенно впечатляющей по сравнению с состоянием князя Алексиса.

— Я, ваше сиятельство, прекрасно знаком как с российскими законами, так и с привилегиями, которыми пользуются дипломаты. Насколько я понимаю, вы хотите сообщить мне, что Его Императорское Величество просит, чтобы мисс Полина Тайвертон вернулась в Царское Село в сопровождении вашего сиятельства? Я все правильно излагаю?

— Вот именно! — рявкнул князь.

— Я полагаю, при вас имеются письменные инструкции? — осведомился граф Дэрем.

— Напрасно полагаете! — ответил князь. — Не могу поверить тому, что вы ставите под сомнение мое слово — слово джентльмена и гвардейского офицера.

— Нет, ваше сиятельство, мне такое и в голову не пришло бы! — отозвался граф.