Анна Болейн. Страсть короля

В Страстную пятницу Анна заняла место на королевской скамье над Королевской капеллой в Гринвиче и наблюдала, как Генрих, босой в знак смирения, на коленях полз к кресту во главе посетивших торжественную службу придворных. Она слушала, как архиепископ Уорхэм призывает благословение Девы Марии на своего суверена: «Помолись своему сладчайшему сыну Иисусу за нашего достойного короля Генриха Восьмого и попроси о даровании ему вожделенных радостей и неувядающей славы». «Аминь!» – горячо молилась Анна.

После службы по распоряжению Генриха она встала, спустилась по лестнице в неф и заняла место перед покрытой бархатом скамьей, на которой лежало множество золотых и серебряных колец. Раздались возмущенные возгласы и ропот, но Анна старалась не обращать на них внимания. Обычно церемонию благословения колец, которые каждую Пасху раздавали страдающим от судорог, исполняла королева, но на сей раз Генрих настоял, чтобы это сделала Анна. Получить кольцо – большая честь, объяснил он.

Анна понимала: это всего лишь очередной утешительный жест, компенсация за бесконечные отсрочки.

Благословив кольца, она ощутила вокруг себя враждебность и осознала жестокий просчет Генриха, ведь всем было известно: Анна еще не коронована и не миропомазана. Но она не собиралась показывать недоброжелателям, что напугана их неодобрением. Сделав реверанс перед алтарем и Генрихом, Анна вернулась на свое место с высоко поднятой головой.

Генрих терял терпение.

Он получал письма из Рима, но не сообщал Анне их содержания. Уолси ходил понурый, словно на плечах у него лежала вся тяжесть мира. Анна едва не лезла на стену от досады. Но наконец, по прошествии долгого-долгого времени, все подготовительные процедуры, необходимые для разбора Великого дела, были завершены. В конце мая Генрих дал формальное разрешение легатам собрать суд в главном зале монастыря Черных Братьев и заслушать его дело.

Двор переехал во дворец Брайдуэлл.

Началась страшная суета. Никогда еще короля и королеву Англии не вызывали в суд, и очень много внимания было уделено тому, чтобы обставить все с должной церемонностью. А люди продолжали роптать на короля и госпожу Анну Болейн.

Анна была вся на нервах, то лила слезы, то злилась. Генрих старался, как мог, ее успокоить, оставался с ней до позднего вечера, пытался развеять ее страхи. И разумеется, об этом поползли слухи.