А вот второй корабль, похожий на большую фелюгу с косыми парусами, что стоял на якоре буквально в ста метрах от первого, был пиратом, причем мусульманским. Большая часть людей на нем были в тюрбанах и белых шароварах. Между кораблями курсировали лодки. На фелюгу груженые, обратно пустые. Были и пленные, я видел цепь связанных людей, сидящих на палубе фелюги.
– Еще и работорговлей промышляют, уроды, – пробормотал я, наблюдая, как перевозят женщин в одной из лодок.
В это время пираты, закончив с трюмом, стали кантовать пушки, готовясь их по одной грузить в лодки.
В общем, очищался корабль до последнего гвоздя."
"В течение следующих четырех часов я неотрывно наблюдал за действиями пиратов. Шум прибоя глушил крики и команды, поэтому о чем они общаются, можно было только предполагать. В принципе я бы и так их не понял.
Вдруг я заметил у одной из скал, торчащих на мелководье, светлое пятно, которое не сразу бросилось в глаза, так как я не смотрел за этим сектором, пока оно, то есть пятно, не пошевелилось.
Теперь я уже наблюдал за ним. Без сомнений, это был один из британцев. То ли пассажир, то ли член экипажа, который догадался и осмелился нырнуть в воду. Я был в курсе, что не все моряки в эти времена умели плавать.
– О, да ты там не один, – пробормотал я.
В это время сзади подошел Ромео и, как будто ничего не происходит, длинно зевнул, высунув язык, и лег рядом.
– Что, проглот, наелся? Перышко с морды убери. Опять попугаев гонял? Где сестры?.. Когда же ты по-человечески-то заговоришь?.
. Хм, что-то у меня тоже живот подводит, а не подкрепиться ли нам? А?
Осторожно задом сползая в низину, я обнаружил у баула спящих кошек, проснувшихся при моем появлении. Налив им в миску теплой воды из фляги, я подхватил кружку с чаем – у меня был свой «термос», – несколько полосок вяленого змеиного мяса, пару жирных вяленых рыбешек и вернулся на пункт наблюдения, пока котята грызли свои доли… Было бы холодное пиво, так вообще кайф. Надо будет продумать процесс брожения и найти замену хмелю.
Вдруг получится сделать пиво?
Поправив на голове сбившееся от ползаний кепи, я отрезал ножом маленькие кусочки соленого мяса и после тщательного пережевывания запивал их холодным чаем, одновременно наблюдая за драмой, разыгравшейся передо мной.
К вечеру, за два часа до заката, пираты наконец подняли якорь и начали отходить. Я-то надеялся, что они оставят остов корабля в покое, но я ошибался. Вот на корабле, севшем на скалы, появился дымок, потом открытое пламя.
