— Как в тот раз, когда Данте сказал папе, что тебя не было на месте, когда выгружали товар, и ты в отместку трахнул девушку Данте на выпускном. Ты Порочный.
Я сдерживаю ухмылку.
— Так вот почему, потому что я не мог вспомнить.
— Зато он помнит, — Раф бросает сигарету и разглаживает рубашку спереди. — Мы плохие люди, Анджело. Ты можешь убежать от этого факта, но ты не сможешь спрятаться от него, даже находясь в Англии.
— Ты знаешь, что всегда говорила мама, — тихо говорю я, вытаскивая из пачки ещё одну сигарету и закуривая ее.
— Хорошее сводит на нет плохое.
Мой брат на мгновение замолкает, но я слышу, как шестеренки в его мозгу встают на свои места.
— Вот почему ты ушел. Ты думал, мама хотела бы, чтобы ты стал хорошим, потому что это перечеркнет все плохое, что было у остальных членов семьи. Ты ушел из-за мамы.
Это не вопрос, это факт. Я все равно киваю.
— Я также вернулся из-за мамы.
Он резко поворачивается ко мне лицом.
— Что?
Я не отрываю взгляда от горизонта.
— В тот день в Сан-Франциско я шел и шел, и в конце концов оказался в Китайском квартале.
Я переходил дорогу, когда передо мной выскочила девушка с большим мешком, — я смотрю на него, поджав губы. — Она продавала печенье с предсказаниями. Сломанные, с фабрики, на которой она работала. Ты знаешь, я не верю ни во что из этого дерьма, но я просто думал о маме, и ты знаешь, как сильно она любила это гребаное печенье с предсказаниями…
— И ты купил одно.
— Угу.
— Анджело, — серьезно говорит он. — Ради всего святого, только не говори мне, что ты вернулся на Побережье из-за печенья с предсказанием.
Господи, — фыркает он, запрокидывая голову к небу. — Лучше бы я никогда не спрашивал.
— И, надеюсь, ты больше не спросишь.
— Что там было написано?
— Тебе не стоит об этом беспокоится.
— Серьёзно?
Я не предлагаю ему ничего, кроме короткого кивка.
Если бы я рассказал ему, что было внутри печенья с предсказанием, тогда мне пришлось бы рассказать ему, почему это заставило меня вернуться на Побережье. И это означало бы снять слои лжи, которые я выстроил, чтобы защитить его и Габа от правды.
По крайней мере, разговоры об этом напоминают мне, почему я здесь. Я высадился на побережье ровно неделю назад с конкретной целью, и с тех пор ни хрена не делал. Я был слишком… рассеян.
— Хорошо, ещё один вопрос.
Я стону, проводя костяшками пальцев по подбородку.
— Да брось уже…
— Те парнишки за игрой в покер. Во что ты играл, парень?
Я стискиваю зубы и засовываю руки в карманы.
