Я заставляю себя поднять веки и взглянуть на тёмно-красное пятно, расползающееся по моей рубашке.
Срань господня, этот ублюдок ранил меня ножом.
Одна за другой части встают на свои места. В меня вонзился нож, спрятанный в его кулаке. И он предназначался Джерарду, но я был смелым и принял удар. Мучительную боль. Моя кровь просачивается между пальцами.
Джерард не знает об этом. Он слишком занят тем, что разбивает красивое лицо Оуэна.
Я приваливаюсь к стене, но каким-то образом мои ноги всё ещё удерживают меня. Я стараюсь издать хоть звук, но всё, что выходит - странный сдавленный шум.
Мои пальцы в крови, и это вызывает тошноту. Мои ноги отказываются и дальше поддерживать меня, и я соскальзываю вниз. Я смотрю на Джерарда, превращающего Оуэна в неузнаваемое кровавое месиво, но просто не могу ни на чём сосредоточиться. Я действительно хочу, чтобы Земля прекратила вращаться на некоторое время, а я сошёл.
Внезапно, я прихожу к осознанию того, что умираю. На этот раз по-настоящему, без шуток. Всё выглядит как флэшбэк в каком-нибудь фильме, по краям картинка чёрная и размытая.
Как в тот раз, когда я попробовал марихуану и словил кайф. Всё просто кажется... нечётким. Меня накрывает странное тепло, когда я понимаю, что всё заканчивается. Прямо здесь, прямо сейчас. Больше не будет боли, не будет слёз. Вот последнее слово Кармы, прежде чем она отправит меня отдыхать. Как это любезно с её стороны, прекратить мои страдания."
"Я осознаю, что одна сторона моего лица приближается к ковру, пока моя драгоценная кровь продолжает вытекать.
Я падаю, когда моё тело прекращает попытки поддерживать меня. Это нормально, потому что я умираю.
Я начинаю чувствовать себя так, будто надышался краски. Этот тошнотворный, порождающий боль туман в моём мозгу, и я просто хочу уйти. Мой рот открывается и закрывается, но из него не вылетает ни звука. Беззвучные крики всегда ужасны.
А затем Джерард оборачивается. Он оставляет окровавленного Оуэна лежать на полу и подходит ко мне. Он выглядит взволнованным.
– Фрэнки, ты в порядке? – спрашивает он.
Его голос звучит глубоко и медленно, как на испорченной плёнке. Я отвечаю непонятным стоном. Как горячая блондинка в пародии на ужастик, обязательно умирающая в самом начале. Но подождите! Я не готов к такому концу! Я хочу продолжать жить.
Я вижу, как его взгляд медленно спускается вниз, на мои руки, прижатые к животу, и на пятна крови, капающей на ковёр. Я смотрю на его приоткрывающийся рот и наполняющиеся слезами глаза.
– Боже мой...
