Стеклянные стены, перегородки, кругом одно стекло, в общем… свет такой необычный, зеленоватый, как вода, и прозрачные шарики под потолком, их тут, наверное, целый миллион, ну, чисто аквариум с воздушными пузырьками. И публика недешевая. Золотые рыбки. Пираньи. Кстати, в галстуках всего пара человек, зря он парился…
Он что-то хотел сказать Цифре, но когда встретился с ней глазами, сразу забыл. На ней что-то белое и красное надето, такие платья в старых советских фильмах показывают, когда там шпионки иностранные охмуряют наших чекистов.
И очки черные еще. Она тоже на какую-то рыбку похожа. Маленькую, хищную. В общем, нормально выглядит. Но свой вопрос Ниндзя все равно забыл. Поэтому он наклонился к ней и сказал:
– Ну что, пивка для разгону?
– Ты в ресторане, а не в пивной! – надменно сказала Цифра, поблескивая темными стеклами очков. – Возьми вина. Французского. И дораду в соли. И креветки. А десерт потом закажем.
Ниндзя провел пальцем по строчкам меню.
– Ни хрена себе, – вырвалось у него.
Ну и цены! К тому же, он понятия не имел, что такое дорада.
– А ты как думал? – Цифра рассматривала его и улыбалась. Так улыбался Берц, когда отрывал голову кузнечику и рассматривал выступившую каплю желтой жидкости.
Себе Ниндзя заказал триста грамм водки и самый дешевый салат «Нисуаз». Он волновался – хватит ли денег? Только креветки стоили полторы тысячи! И вино почти три – что это за вино такое?! Правда, дорада порадовала – «всего» триста сорок рублей! Но потом он досмотрел мелкую приписку – «за сто граммов», и у него окончательно испортилось настроение.
Цифра тоже сидела какая-то – то ли безучастная, то ли недовольная, фиг ее поймешь. Семейка за соседним столиком весело пожирала еду, хлестала водку, орала и хохотала. Если большая часть здешней публики походила на золотых рыбок, то эти скорее смахивали на раков. А сам он чувствовал себя облезлой таранькой.
– А можно как-то перебраться за другой столик? – негромко сказал Ниндзя. – Более уютный, что ли?
– Почему ты у меня спрашиваешь? – скривилась Цифра.
– Не знаю. Ты же здесь не в первый раз, наверное. Ориентируешься, как бы, все такое…
– Я здесь никого не пересаживаю, – сказала она. – Позови Сергея и спроси!
– Какого Сергея?
– Официанта, тормоз!
Ниндзя театрально хлопнул себя по лбу.
– Блин, точно…
Он стал подзывать лощеного Сергея: задирал руку, когда тот появлялся в поле зрения, и сдавленно рычал: «Э-э!» Но аккуратный пробор каждый раз проплывал мимо. Наверное, не слышал.
