Анжелика. Путь в Версаль

Перед ним на полу стоял медный таз. Анжелика бросила туда увесистый кошелек и показала другой подарок: огромное сочное седло барашка и хлеб. Самые диковинные кушанья того времени.

– Ты, видать, не спешила! – прорычал Жанен. – Я давно поджидаю тебя, Маркиза. Знай, ты затеяла опасную игру.

– Я знаю, что тем, что еще жива, обязана тебе.

Она приблизилась. По обе стороны трона принца нищих собрались жуткие подданные его зловещего королевства: Большой и Малый Евнухи со своими безумными знаками отличия – метлой и вилами с насаженной на них дохлой собакой, Старый Пень с длинной бородой и розгами бывшего надзирателя из коллежа Наварры.

Жанен был одет, как всегда, безукоризненно, а на голове его красовалась великолепная шляпа с двумя рядами красных перьев.

Анжелика обязалась каждый месяц приносить или присылать ему такую же сумму и пообещала, что на его «столе» всего всегда будет вдоволь. Но взамен она хотела, чтобы ей оставили свободу ее новой жизни. И еще она попросила, чтобы нищие получили приказ оставить в покое «ее» харчевню.

По лицу Жанена она догадалась, что наконец поступила как должно и теперь он доволен.

Уходя, она степенно присела в реверансе.

– Дочь моя, будь я проклят, если еще когда-нибудь переступлю порог этой харчевни, где обманывают с изощренностью лучших парижских дворцов!

Услышав столь торжественную клятву, Барба опрометью бросилась в кухню. Клиент жалуется! Он уже не впервые приходил в харчевню «Храбрый Петух», весь в атласе и бантах, и в одиночестве молча садился за стол.

Похожий на фигурный торт, он ел с благоговейным выражением на лице и платил вдвое больше, чем полагалось по счету.

Поэтому его клятва прозвучала как гром среди ясного неба, и к ней следовало прислушаться.

К посетителю незамедлительно вышла Анжелика. Дворянин смерил ее взглядом с головы до ног. Похоже, он был в очень дурном расположении духа. Однако красота, а возможно, и непривычная благовоспитанность молодой хозяйки удивили его.

После минутного колебания он продолжал:

– Дочь моя, должен предупредить вас, что ноги моей больше не будет в вашем заведении, если еще хоть раз меня так облапошат.

Чтобы спросить, что случилось, Анжелика постаралась придать своему голосу самое смиренное звучание.

В ответ посетитель поднялся со скамьи в страшном волнении. Он побагровел, и Анжелика, решив, что он подавился костью, уже хотела похлопать его по спине.