Анжелика. Путь в Версаль

 – Этот Грязный Поэт некогда позволил себе злобную выходку во время суда над вашим мужем. Погодите-ка…

– О, умоляю вас, молчите! – воскликнула Анжелика, закрыв уши руками. – Никогда не говорите мне об этом. Я больше ничего не помню. Я больше не хочу об этом помнить…

– Так, значит, прошлое для вас мертво, сударыня?

– Да, прошлое мертво!

– Вы приняли наилучшее решение. Впредь я никогда не заговорю с вами об этом. До свидания, сударыня… и спокойной ночи!

Анжелика, стуча зубами от холода, заложила засовы. Стоя на холоде в одном лишь пеньюаре, она продрогла до мозга костей.

А к холоду примешивалось волнение от встречи с Дегре и от его откровений.

Войдя в спальню, она заперла дверь. Ее светловолосый гость сидел возле камина, обхватив руками колени. Он был похож на сверчка.

Молодая женщина прислонилась к двери и бесцветным голосом спросила:

– Так это вы Грязный Поэт?

– Грязный – безусловно. Поэт? Возможно.

– Это вы сочинили те мерзости про мадемуазель де Лавальер? Почему бы вам не дать людям спокойно любить друг друга? Король и эта девушка сделали все возможное, чтобы сохранить свою любовь в тайне.

А тут вы в гнусных выражениях раздуваете скандал! Согласна, поведение короля достойно порицания. Но он молодой человек, пылкий. Его против воли женили на принцессе, не отличающейся ни умом, ни красотой.

– Как же ты защищаешь его, красавица! Видать, наш король завладел и твоим сердцем!

– Нет, но мне страшно, когда марают достойное уважения царственное чувство.

– В мире нет ничего достойного уважения.

Как и ничего царственного.

Пройдя через комнату, Анжелика от слабости оперлась о каминную доску. Она чувствовала напряжение. Поэт поднял на нее глаза. В них плясали красные огоньки пламени.

– Так ты не знала, кто я такой? – спросил он.

– Мне никто не сказал. Как бы я могла догадаться? Ваше перо кощунственно и распутно, а вы…

– Вы мне показались добрым и веселым.

– Я добр с малышками-нищенками, которые плачут на баржах с сеном, и жесток с особами королевской крови.

Анжелика вздохнула. Она никак не могла согреться. Молодая женщина указала подбородком на дверь:

– Теперь вам надо уйти.

– Уйти? – воскликнул он. – Уйти, когда этот пес Сорбонна поджидает, чтобы вцепиться в мои штаны, а этот чертов полицейский готовит для меня свои цепи?!

– Они там, в темноте.

– Клянусь вам, они и не подозревают, что вы здесь.

– Ты уверена? Тебе ли не знать их, красотка. Ты ведь была в банде Каламбредена.

Она жестом приказала ему молчать.