Анжелика. Путь в Версаль

– Подождут, – все так же улыбаясь, ответил Дегре. – Впрочем, я вас не задержу. Прошу вас, садитесь.

Он указал на стул перед столом, а сам сел по его другую сторону.

Анжелика чувствовала себя такой усталой, что не стала спорить. Уже несколько дней она двигалась как во сне.

Но что-то ее тревожило. Что же? Ах да! Зачем Дегре закрыл дверь на ключ?

– Сведения, которые я хочу от вас получить, касаются одного очень важного дела. Я им сейчас занимаюсь. И от этого зависит жизнь нескольких человек. Слишком долго и ни к чему пересказывать вам суть этого дела.

Вполне достаточно, если вы просто ответите на мои вопросы. Так вот…

Он говорил, не глядя на нее, очень медленно и прикрыв глаза ладонью, словно погрузился в далекое прошлое.

– Почти четыре года тому назад, во время ночного вторжения к аптекарю Глазеру из Сен-Жерменского предместья, были задержаны два грабителя из низов. Насколько я помню, в воровской среде у них были клички Отмычка и Трус. Их повесили. Однако перед смертью, во время допроса, вышепоименованный Трус произнес какие-то слова, которые я только недавно обнаружил в Шатле в протоколах допроса.

Они проливают свет на мое нынешнее расследование. Это касается увиденного Трусом в доме аптекаря Глазера во время того ночного посещения. К сожалению, выражения этого свидетельства очень неточны. Просто бессвязные слова, заставляющие многое подозревать, но ничего не доказывающие. Так вот, я хотел бы вас попросить внести ясность. Что там находилось, у этого старика Глазера?

Мир вокруг становился все более нереальным.

Растворились стены комнаты. Светились только темные зрачки широко раскрытых глаз Дегре, от них исходили странные красные лучи, словно светилась прозрачная пелена.

– И вы задаете этот вопрос мне? – спросила Анжелика.

– Да. Что вы видели в ту ночь у старика Глазера?

– Откуда мне знать? Мне кажется, вы просто сходите с ума.

Дегре вздохнул, и свет погас в его глазах за опущенными веками. Он взял со стола гусиное перо и стал машинально вертеть его в руках.

– В ту ночь к старику Глазеру проникла и женщина. Она сопровождала взломщиков. И не кто-нибудь! В преступных кругах эта женщина носила прозвище Маркиза Ангелов. Вы никогда о ней не слышали? Нет? Эта женщина была подругой знаменитого столичного бандита Каламбредена, которого в шестьдесят первом году схватили на Сен-Жерменской ярмарке и повесили…

– Повесили!.. – повторила Анжелика.

– Нет-нет, – мягко поправил ее Дегре. – Не волнуйтесь, мадам… Его не повесили.