Анжелика. Путь в Версаль

На Королевской площади дворяне сражались на дуэли, а красавицы вели беседы о философии, астрономии и обсуждали стихи.

Помимо запаха шоколада, постоянно ее сопровождавшего, Анжелика начала ощущать этот дух замкнутого круга избранных. У нее словно открылись глаза, и она возродилась к жизни.

Площадь, окруженная розовыми домами с высокими шиферными крышами и тенистыми аркадами, под которыми размещались лавки со всякими модными пустячками, была мирной гаванью и давала отдых от трудов.

Здесь жили сдержанно и утонченно.

Здесь даже скандалы напоминали театральные представления.

Анжелике начинали нравиться беседы, этот инструмент культуры, который уже на протяжении полувека изменял французское общество. К сожалению, она боялась показаться неловкой. Ее мысли витали так далеко от тем эпиграмм, мадригалов или сонетов!

Кроме того, из-за ее простонародного, как считали окружающие, происхождения великосветские салоны оставались для нее недоступны. Приходилось запастись терпением. Она одевалась богато, но без оглядки на дворцовые моды.

Когда ее мальчики гуляли на площади под деревьями, люди оборачивались посмотреть на этих милых и хорошо одетых детей. Флоримон и даже Кантор носили теперь настоящие мужские костюмчики из шелка, тафты и бархата с большими кружевными воротниками, полосатые чулки, туфли с розетками на каблуках. Их чудесные завитые волосы покрывали шляпы с перьями, а у Флоримона была маленькая шпага, которая приводила его в восторг. Несмотря на внешнюю хрупкость и ранимость, он грезил о войне и затевал поединки с обезьянкой Пикколо или с миролюбивым Кантором.

Его брат в свои четыре года едва начал говорить. Анжелика могла бы подумать, что он отстает в развитии, если бы не умный взгляд его зеленых глаз. Просто он не был разговорчив, так как не видел в этом необходимости, поскольку Флоримон понимал его и так, а слуги предугадывали его малейшее желание.

В доме на Королевской площади Анжелика держала кухарку и второго лакея. Если прибавить Флипо, повышенного до младшего лакея, и кучера, то мадам Моран вполне соответствовала окружению.

Барба и Жавотта носили кружевные чепцы, золотые крестики и индийские шали.

Но Анжелика отлично сознавала, что в глазах окружающих она все же выглядела парвеню. Ей хотелось подняться выше, а салоны Марэ позволяли честолюбивым дамам «перейти» из разряда простолюдинок в аристократки, потому что здесь дам из буржуазии и светских дам могла объединять только тонкость ума.