Анжелика. Путь в Версаль

– Мама, – сказал он дрожащим, но твердым голосом, – мы хотим уехать к дедушке. Здесь нам страшно.

– Мальчик, который носит на поясе шпагу, не должен произносить слово «страх», – строго сказала Анжелика. – Вы что, трусы, как вам сегодня намекнули?

– Господин дю Плесси-Бельер уже убил Партоса, а теперь захочет убить Пикколо.

Кантор заплакал, сдавленно всхлипывая. Кантор, спокойный Кантор до такой степени потрясен и взбудоражен! Это уже было выше сил Анжелики. И нечего доискиваться, глупо это или не глупо: ее дети напуганы! Разве она не поклялась, что они никогда больше не испытают страха?

– Решено, вы поедете в Монтелу вместе с Барбой.

И тотчас же. Только дайте слово вести себя хорошо.

– Дедушка обещал мне, что позволит прокатиться на муле, – сказал Кантор, сразу успокоившись.

– Ха! А меня он обещал посадить на коня! – с торжеством выпалил Флоримон.

Меньше чем через час Анжелика усадила их в повозку вместе с прислугой, собрав сундучок с одеждой. В Монтелу хватит места для всех – и для мальчиков, и для их малочисленной свиты.

Прислуга и сама была рада уехать отсюда. С приездом Филиппа в белом замке стало нечем дышать. Этот молодой красавец при дворе короля был сама любезность, а в своих владениях правил железным кулаком деспота.

– Мадам, вам нельзя здесь оставаться одной с этим… с этим человеком.

– С каким это человеком? – надменно бросила Анжелика и прибавила: – Барба, спокойная жизнь совсем вышибла у тебя из памяти, что́ нам с тобой довелось пережить вместе. Ты забыла, что я всегда смогу себя защитить?

Она расцеловала служанку в пухлые щеки, но сердце ее пронизал холод.

Когда звон колокольчика маленького экипажа затих в синих вечерних сумерках, Анжелика медленно пошла назад к замку. При мысли о том, что дети под заботливым кровом Монтелу, ей стало легче. А вот замок дю Плесси, несмотря на сходство с милой безделушкой эпохи Возрождения, показался ей заброшенным и враждебным.

В вестибюле слуга склонился перед ней в поклоне и сказал, что ужинать подано.

Она вошла в столовую, где был накрыт стол. Тотчас же появился Филипп и уселся в торце стола. Анжелика заняла место напротив. Они были одни, им прислуживали лакеи, поваренок уносил и приносил блюда.

Три светильника отбрасывали свет на роскошный серебряный сервиз. На протяжении всего ужина слышались только стук ложек и позвякивание бокалов, но все заглушал пронзительный стрекот кузнечиков на лугу. В открытую балконную дверь было видно, как туман заволакивает поля.