Анжелика. Путь в Версаль

Юный король, переживший Фронду, гражданскую войну и зарубежные походы, юный король, короне которого некогда угрожали более сильные монархи, пока он скитался из города в город, отныне становился королем королей.

Людовик XIV приказал три дня читать искупительные молитвы и надел траур. Двору пришлось последовать его примеру. Все королевство сквозь зубы молилось перед алтарями за ненавистного итальянца, и два дня над Парижем звучал похоронный звон.

Затем, осушив последние слезы юного сердца, не желавшего больше быть чувствительным, Людовик XIV принялся за работу.

Повстречавшись на приеме с председателем Совета духовенства, на его вопрос о том, к кому отныне обращаться с вопросами, обычно решавшимися господином кардиналом, король ответил: «Ко мне, господин архиепископ».

«Никакого первого министра… Никакого всесильного фаворита… Государство – это я, господа!»

Удивленные министры стояли перед молодым человеком, чья любовь к удовольствиям вселяла в них иные чаяния.

Придворные качали головой. «Это долго не продлится», – говорили они.

На противоположном берегу Сены, в Нельской башне, нищие слышали отголоски городской жизни в рассказах Баркароля. Карлику всегда было известно, что происходит при дворе. Ведь когда он отсутствовал при Дворе Чудес, он переодевался в костюм шута с погремушками и перьями и открывал дверь у одной из главных гадалок Парижа. «И напрасно навещающие ее прекрасные дамы надевают маски, я их всех узнаю».

Он называл имена и приводил такие подробности, что в прежние времена знававшая этих дам Анжелика не могла сомневаться, что самые прекрасные цветы из королевского окружения частенько посещают подозрительный притон гадалки.

Звали ее Катрин Монвуазен. Но посетительницы дали ей прозвище Вуазенша. Карлик говорил, что она опасна, а главное, очень искусна.