Ар-Деко. Своя игра

Потом все же не удержался и спросил:

— Скажите, я всегда хотел спросить у художника-авангардиста, но никогда не получалось: а просто кошечку или лошадку вы написать можете? Чтобы как настоящая?

Сюзет чуть толкнула меня локтем, но Керри не обиделась:

— Конечно! — она широко открыла светло-голубые глаза. — А как бы я еще закончила академию? Но классическое искусство отстало от жизни, люди, живущие в современном темпе, мыслят совсем другими образами. Бешеный темп жизни меняет мировоззрение, именно так возникли импрессионисты, то есть те, кто вместо предметов дает видеть впечатление, impression.

Фернан Леже с другими кубистами пошел дальше, он словно встраивает весь окружающий мир в новые формы… — тут я понял, почему Рауль предпочитает ее молчащей, и даже пропустил мимо ушей изрядный кусок лекции, — цвета, настроение — все позволяет видеть мир не таким, какой он есть предметно, а в виде… ну, как бы тех ощущений, которые он нам дает.

Рауль подавил зевок и приложился к джину-и-тонику, но Сюзет вроде бы даже поощрительно улыбалась.

— Вы застали здесь большую выставку под покровительством Леже? — перебил я ее, потому что речь грозила сильно затянуться.

— Да, я как раз приехала с ней. Нет, не выставлялась, — сразу пояснила она, предупреждая возможный вопрос, который я на самом деле задавать не собирался. — Но выставлялись мои друзья.

— Я как-то встречал организатора выставки, гм… Роже… Роже Шаплен, кажется. Мельком.

— Очень приятный человек, но он трагически погиб в последний день.

Слышали?

— Нет, а что случилось?

— Автомобильная катастрофа, насколько я знаю. Погиб он и еще один рабочий с выставки.

Все верно, власти предпочли реальность не афишировать, и даже в прессу ничего не просочилось о том, что произошло на вилле вице-губернатора. «Оазис» все же умеет скрывать свои секреты, и даже полиция не проболталась репортерам.

— Ужасная трагедия, — кивнул я, вызвав кривоватую усмешку у Рауля. — Мне он показался очень приятным человеком.

Вот очень подмывает расспросить ее о Жанин, но делать этого не стоит, тогда и до самой богатой наследницы из Франции может дойти информация обо мне.

Надо бы Рауля попросить, пусть разок повернет Керри лицом к себе и поговорит, а дальше как хочет. Не знаю, зачем это мне сейчас, но есть некое ощущение того, что за спиной осталось… нечто. Может, опасность, а может, просто незавершенное дело. Все же я сам застрелил и Крауса, и Шаплена-Шиллера, так что это все может как-то аукнуться, боюсь.