Он не видел, как Хорн инстинктивно оттолкнул меня с траектории стрелы, не мог знать, как он спасал меня раньше, в школе. Эдвард не слышал, как Хорн говорил о любви, и не видел искренности в его глазах. А может, это я ошибаюсь? Может, я наивная доверчивая, не понимающая, где правда, а где ложь? И из-за глупых мечтаний… я поссорилась со своим лучшим другом? Даже если и так…
– Прости, – твердо сказала я, с трудом возвращая себе невозмутимость, – я не хочу становиться твоей женой. Просто не могу. Ты достоин большего, чем жена, не любящая тебя.
Эдвард сжал челюсти так сильно, что скрипнули зубы. Глаза затопило чернотой. Я испуганно вздрогнула, увидев в них приговор. Сейчас он скажет: «Ты станешь моей женой. Это приказ», и я обязана буду подчиниться. Король колебался лишь секунду. И это была самая долгая секунда в моей жизни.
– Уходи! – крикнул он так страшно, что я отшатнулась. – Уходи прочь! И не показывайся мне на глаза!
Я пулей вылетела из кабинета и побежала по коридору в сторону гостевого крыла.
Все, кто мне встречались на пути, ошарашенно отскакивали к стене и провожали удивленными взглядами.
– Ничего, – шептала я беззвучно, – пусть лучше так… Сейчас больно, но вскоре станет легче.
Впереди пятый курс школы, меня не будет во дворце. Да и работу в кузнице никто не отменял. Все пройдет, Эдвард умный и рассудительный, никакая любовь не длится вечно, тем более безответная.
Я уже почти спокойно зашла в свой кабинет, с облегчением увидела на столе гору не разобранных писем. Вот сейчас ими и займусь.
Герра Вилара принесла чай, помогла отделить самые неотложные дела от тех, которые могут подождать. Заметив перстень на пальце, который я забыла снять, она только приподняла брови и ничего не сказала. Но я точно знала, что о помолвке к вечеру будут знать все.
А на следующий день на столе появился конверт из королевской канцелярии. Там лежал договор, разорванный в одностороннем порядке. Меня известили, что согласно пункту десять части второй я не имела права заключать помолвку, являясь фавориткой его величества.
В связи с этим меня лишают звания фаворитки и просят освободить занимаемые апартаменты во дворце. Однако оставляют на моем попечении две больницы и три школы, поэтому кабинет и один секретарь в лице герры Вилалы остаются в моем распоряжении. Так же я обязана работать в королевской кузнице не менее двух раз в неделю по восемь часов.
«Что ж, легко отделалась», – подумала с улыбкой. Выбралась из кабалы с наименьшими потерями.
