Сейчас наша армия уверенно наступает, противник ничего не может ей противопоставить. Еще немного, и мы перейдем границу.
Герра Вилара принесла чай.
– Еще одна отличная новость, – вдруг заулыбался Дарий, – у моей малышки Розамунды проявилась магия. Вчера она, сидя в песочнице, одним касанием построила башню.
– Поздравляю! – искренне обрадовалась я. – Это чудесно! И как бы было замечательно, если бы узнали способ возврата магии.
– Именно из-за этого меня и пригласил Эдвард, – произнес Дарий, – Горн молчит с того самого момента, как приехал в Шалир.
Сегодня мы спустимся к нему вдвоем.
– Это не опасно?
– Он сидит в дворцовой тюрьме, – мотнул головой Дарий, – там все сделано из цельного камня, он даже стол не сможет сдвинуть с места. Мои предки строили дворец и тюрьму в том числе.
Я задумчиво провела глазами спину выходящего из кабинета Зорга. Уверена, что и для него есть камера в этой тюрьме, только она полностью металлическая или деревянная. Как была камера для моего отца.
Ремы очень предусмотрительны и подготовились на все случаи.
Да, сейчас приоритеты сдвинулись, война отступила на второй план, и первоочередной задачей для короля стала проблема возврата магии. Если бы удалось ее вернуть, жизнь в королевстве кардинально бы изменилась. Где Горн откопал эту формулу? Почему раньше никто до нее не добрался? Ведь это золотое дно. Безграничные возможности. Берги, Нурвы, Хорны и прочие семьи. Они отдали бы все на свете за возможность снова стать магами.
***
Следующим утром у меня на столе лежал запечатанный конверт из королевской канцелярии. Я опасливо вытащила плотный листок с личным вензелем Эдварда шестнадцатого.
«Его величество ожидает вас в кабинете в десять утра».
Бросив взгляд на часы, я торопливо подошла к зеркалу. Есть полчаса, чтобы морально подготовиться. Лицо было бледным от волнения. Гладкая безукоризненная прическа, темно синее ровное платье со скромным полукруглым вырезом. Только вот руки немного дрожат, в глазах паника.
А сердце колотится так, словно меня пригласили не на аудиенцию, а сразу на плаху.
– Манеры, этикет, традиции, – прошептала я своему отражению, медленно выдыхая, с радостью отмечая, как расслабляются мышцы, и замедляется биение сердце. Похлопав себя по щекам и нацепив легкую вежливую улыбку, я вышла из кабинета.
– Ваше величество, – Эдвард коротко кивнул, отвечая на приветствие, и махнул на одно из кресел, стоящих напротив его стола.
