— Да, лорд-принцепс, — почтительно ответил Джелкус, так и не сумев скрыть подлинную радость от неожиданной перемены в их затруднительном положении.
— Я принцепс Экхард, командующий титаном “Тираннус Максимус” легио Магны. Похоже, вы выбрали подходящий момент, чтобы вступить в битву за освобождение от мерзких инопланетных подонков этого некогда грандиозного комплекса священных Адептус Механикус, — бестелесный голос гремел в ушах легионеров и растворялся в фоновом шуме самолёта.
— Согласен, сэр.
— Мы рады вам, хотя и несколько обеспокоены транспортом, который вы выбрали.
— Мы всего лишь используем против орков их же собственную технику, — бодро отозвался Бэйн.
— Поостерегись, сержант, — неожиданно пророкотал Магнус, — этот путь ведёт к ереси.
— К-конечно, — несколько удивлённо ответил Джелкус. Его никогда так резко не отчитывали перед подчинёнными, и потому он добавил почти насмешливо, — повелитель.
— И позволь мне сказать тебе, сержант, — продолжил Экхард, — если твои намерения лживы и это какой-то грязный обман ксеносов или кого-то ещё, то я собью и тебя и остальной еретический сброд.
— Да, сэр, — тяжело сглотнул Бэйн. Их неприятности ещё не закончились. — Я понял.
В конечном счёте, он не знал насколько нормальный этот принцепс Экхард. Загрязнённая окружающая среда пепельных пустошей могла вытворять странные вещи с человеческим разумом. С какой стати с владыкой титана не могло произойти что-то подобное?
— И позволь мне заверить тебя — я так и сделаю.
Конец связи.
Разговор завершился. Гвардейцы неловко молчали. Тишину нарушил сухой кашель Страйкера. Лицо лётчика стало уже пепельно-серым.
Глубоко вздохнув, Джелкус наконец произнёс:
— Садимся, пилот.
— Есть, сэр, — сумел выдавить лётчик, прежде чем его слова заглушил новый приступ кашля.
Конрад Страйкер знал что умрёт. Это не было обычным пониманием своей смертности. Он умирал и умрёт скоро. Он знал это с убеждённостью человека, которого подстрелили в живот. Он погибнет или в чудовищной авиакатастрофе или от одного из десятка неизлеченных и неизлечимых повреждений внутренних органов, которые непрерывно взымали дань с его тела.
Это просто вопрос времени.
Он резко закашлялся. На губах появились розовые кровавые пузыри. Лётчик не сомневался, что проколото лёгкое. Сказывались нанесённые орками раны, но после трёх попыток прикончить имперца — пилот пока ещё оставался в живых."
"Всё тело болело, как внутри, так и снаружи.
