Артефактор. Книга 10. Маска теней

— Ваше сиятельство, — поклонился он, когда я подошёл. — Рад, весьма рад. Видели, красота-то тут какая теперь?

— Красота, — согласился я. — Слышал, что не без вашей помощи.

На самом деле ничего такого я не слышал. Но ощутил эмоции и увидел. С такой гордостью может радоваться лишь человек, вложивший не просто средства, а душу.

Удивил я Новгородского. Мастер воров даже дар речи потерял на какое-то время, часто моргая.

— Это где же вы такое услышали? — очнулся наконец он и с подозрением прищурился на меня. — Никто не знал!

— Не переживайте, — я рассмеялся.

— Знают двое, знают все, — проворчал Потап Васильевич. — Старею я, теряю хватку. Прознают, что добрые дела делать начал, изведут же меня.

— Никто не узнает, — пообещал я. — А вы не скромничайте, мастер. В вашем возрасте жизнь только начинается. Да в любом, в принципе.

— Опасный вы человек, ваше сиятельство. Запугать любой может, а вот вселить надежду… Ну да ладно, дело у вас ко мне. Я слушаю.

— Давайте пройдёмся? — предложил я, указывая на набережную.

Солнце едва скрылось за горизонтом и загорелись фонари. На той стороне реки уже вовсю сверкали огни домов, и отблески плясали на воде. Ветер усиливался, поднимая волны.

Вот уж действительно стихийный город. Камень, вода, воздух и огонь. Олицетворение силы, которым я не уставал любоваться.

Мы дошли почти до конца и присели на скамейку. Над нами шуршала листва, скрывая разговор. Мастер воров удовлетворённо улыбнулся и повернулся ко мне:

— Так что за работа, Александр Лукич?

— У меня для вас много работы, мастер, — усмехнулся я.

Что-то у меня для всех много работы появилось. Да и хорошо, не всё же самому решать. Пора уже распределять задачи, чтобы заняться важным. Пора доверять, будь то Новгородский, в котором я был уверен не меньше, чем в прочих, с кем свела судьба.

Может, океаны покоряются и одиночкам, но зачем, если мир полон людей. Главное — найти своих.

— Меня беспокоит происходящее на острове, Потап Васильевич.

— В доме завелись грызуны? — хитро улыбнулся он.

Я расхохотался, вспомнив тех мышей, что продавали на Сытнинском рынке. А ведь по сути, идея Баталова с неприкасаемой дюжиной была та же самая.

Беседовали мы с Новгородским долго.

Я успел ответить на сообщения из дома, что меня можно не ждать. Ночь предстояла насыщенная, и на сон в ней вряд ли найдётся время.

О князе Мейснере мастер воров знал мало, о чём сразу признался и объяснил причину. Вся княжеская прислуга молчала. То есть вот совершенно все.