– Воюя ромейские области, я прослышал, что у Вария много наложниц, но есть одна, красу которой не видывал свет. Когда я сорвал его шатер, он отдал мне жезл и корону: но не захотел отдавать наложницы, говоря, возьми богатства, какие хочешь, но оставь мне прекрасную деву! Тогда мои ватажники изрубили стражу и отняли ее. Варий хранил наложницу в золотой клетке, как птицу – я взял вместе с клеткой.
– Но ведь она черная, старая и уродливая, – промолвил отец. – Неужели ты этого не видишь?
– Ну, полно обманывать меня! Я же сам зрю – дева красы невиданной! – он говорил восхищенно.
– И еще, отец, она бессмертна!
– О, боги, – тихо вымолвил Сувор. – Да ты же под черными чарами.
– Кто же может зачаровать исполина, отец? – засмеялся Космомысл. – Я нашел себе бессмертную невесту!
– Кто сказал тебе, что она бессмертная?
– Император!
– А вот сейчас мы испытаем! – вмешался Горислав, доставая засапожник. – Если не умрет, значит, не солгал Варий!
Исполин заслонил собой клетку.
– Нет, я не позволю!
– Чего же ты боишься? Правды? – пристал к нему поддюжник, видимо, из зависти.
– Отец, позри! Твой младший сын верит словам императора, но не верит мне, своему брату. Коль не зарежу эту старую ворону, значит, слеп я и не вижу истинного!
Космомысл ничего не сказал старшему брату, ибо не мог ему перечить из-за своей молодости, однако Сувор одернул Горислава:
– Будет тебе! Довольно хулить чужие дары. Или тебя гложет зависть?
Тот умолк и обиженно отвернулся.
– Тебя легко зачаровать, Космомысл, – стал увещевать Князь и Закон.
– Для тебя эта старуха красы невиданной, ибо ты не видел еще прекрасного, долго обучаясь наукам. И женщин прекрасных не видел. А потому тебе нравится любая, даже самая отвратительная.
– Все равно не отдам на заклание!
– Но что ты станешь делать с ней? Пока ты не женат, не можешь брать наложниц.
– Поэтому хочу взять пленницу в жены!"
"– И этого ты не можешь сделать. Даждьбог дает детей лишь в том случае, если муж и жена живут в любви. А у исполина должна быть и любовь исполинской.
Ты можешь сказать, что испытываешь ее к наложнице Вария?
– Нет, отец... Но это моя добыча и я вправе распорядиться с ней, как хочу! Разве наш обычай запрещает брать в жены пленниц?
Князь и Закон русов приблизился к сыну, однако тот все равно смотрел на отца сверху вниз.
– Верно, обычай не запрещает, – тихо проговорил он. – Если пленница вольная. А ты привез рабыню!
– Богодея и ворону он привез! – вставил разгневанно Горислав.
