– Байховый, значит?
– Это уже русская транскрипция.
– Откуда вы знаете?
Дрёмов улыбнулся, но не ответил.
Вербов уже убедился, что археолог исключительно эрудированный человек, много читал, многое изучал, а путешественником оказался таким (в Китае он тоже был), что оставалось только позавидовать.
С удовольствием напились чаю с пряниками; предлагать бутерброды остальным членам экспедиции Лобанов не стал, полагая, что они сами в состоянии поухаживать за собой.
Вершинина молча встала и проследовала в хвост салона, где располагалась туалетная кабинка батиплава.
Вербов боялся, что она будет стесняться отправлять естественные надобности в компании мужчин, но этого не произошло. Майор спецподразделения ФСБ успела побывать во многих переделках и научилась не обращать внимания на отсутствие комфорта во время командировок, о которых рассказывать не любила. Лобанов как-то попытался разговорить её, «подбирая ключики к душе», как он выразился в разговоре с Вербовым, однако Инга его оборвала, и капитан больше на эту тему не заговаривал.
– Закончили, господа сидельцы?
Никто Лобанову не ответил.
Пальковский вообще не стал пить чай, увлечённо вбивая в клавиатуру ноута какой-то текст, может быть, доклад своему начальству. Как специалист по древним сооружениям и объектам искусственного происхождения он первым обратил внимание на форму тоннеля – прямоугольник в сечении – и сообщил, что видел начало такого же тоннеля на Камчатке. По его словам, тоннель тот пробили когда-то гиперборейцы, потом в этом месте располагалась в годы войны российская военная база, но её взорвали в конце века, и теперь там ничего нет, кроме заваленного обломками скал устья тоннеля.
– Вы там были? – спросил Вербов.
– Конечно, дважды, – подтвердил Пальковский. – Мы пробрались в грот, откуда и начинается тоннель, но разобрать завалы невозможно даже с помощью техники, и экспедицию свернули."
"Разговоры о находках тоннелей в России возобновлялись не раз. Спец по артефактам обстоятельно рассказывал о своих походах по Кольскому полуострову, по Крайнему Северу России и северным островам архипелагов Новая Земля и Земля Франца-Иосифа, но одно дело – слушать рассказы, другое – видеть собственными глазами и быть свидетелями открытий, имеющих большие последствия.
Поэтому Пальковскому завидовали, хотя и молча.
Правда, о значимости предполагаемых открытий подо льдами Антарктиды подчинённые Вербова не думали. Главное было впереди.
