Там десятками тонут рыбацкие суда в это время года, судно могла потопить британская подлодка. Да там вообще черт знает что могло случиться.
– Вот как? – Ветцлер обернулся к молодому офицеру и презрительно прищурился. Свет в комнате мигнул, на какое-то мгновение погасли и снова загорелись лампочки под потолком и в светильнике на стене. – А вы уверены, Хофман, что он утонул? А если нет? А что, если он благополучно добрался до берега? А мы сейчас, по вашему мнению, бессильно разведем руками?
– Прошу простить, оберштурмбаннфюрер, – смутился офицер.
– Я не предлагал отказываться от дальнейших розысков. Я просто хотел отметить, что у нас нет уверенности, что Венге именно в Скандинавии.
– Полной уверенности нет, – сдерживая негодование, подтвердил Ветцлер. – Но в других странах его ищут другие наши люди. А нам с вами искать его здесь, в Норвегии. Мне все это нужно вам объяснять?
Гауптштурмфюрер опустил голову, не зная, как оправдаться. Молодость и горячность сыграли с ним глупую шутку. Если Ветцлер напишет рапорт, в котором изложит свое мнение о деловых качествах Хофмана, то карьера его в гестапо закончится очень быстро.
В лучшем случае его ждет Восточный фронт.
Второй помощник Ветцлера – рыжий мордатый штурмбаннфюрер Йенс Раске молча стряхивал с лацкана своего гражданского пиджака сигаретный пепел и старательно делал вид, что его эти сложности не интересуют. Он добросовестно отрабатывал то, что ему было поручено, и не умничал перед начальством.
Ветцлер снова глубоко затянулся сигаретой и продолжил:
– Этому мерзавцу-ученому помогли покинуть рейх.
В этом сомнений нет. Сам бы он не смог пройти через проверочные посты, через пограничников, мимо нашей агентуры. Мы отработали все его связи в Норвегии, но результата пока нет. Но у нас есть одна важная зацепка, господа. Искать Венге будем не только мы. Его будут искать и американцы, и англичане, и русские. Почему? Да потому что информация о нашем урановом проекте уже просочилась к врагу. Предатели и хлюпики-ученые не умеют держать язык за зубами.
Да и до 39-го года они встречались с зарубежными коллегами и болтали там о наших достижениях в этой области. Не надо быть большим знатоком, чтобы понять, что за эти годы немецкая наука продвинулась далеко вперед и в теории, и на практике. И след Венге ведет нас сюда, в Веморк, к заводу, где производится тяжелая вода, которая так нужна «Урановому проекту». И Венге будет там, где ему легче всего встретиться с врагами рейха. Нечего ему делать у шведов или у финнов.
