Авоська с Алмазным фондом

Наглотавшись из-под крана сырой воды и придя в себя, она испытывала счастье, поняв, что находится в детдоме, где ее не лупят, не морят голодом, не дают вместо одежды рваные обноски. Страшный кошмар про мать – это всего лишь сон.

Олечке очень нравилось в интернате, у нее была своя кровать с двумя подушками и красивым покрывалом, на полу лежал коврик с изображением мишек, на полочке сидели плюшевые звери – игрушки на Новый год, Восьмое марта и день рождения детям дарили щедрые спонсоры.

То есть это были не общие собачки-белочки-ежики из игрового зала, а ее личные зайки-лисички-обезьянки. Тот, кто рос на гособеспечении, очень хорошо поймет Олю, своя игрушка – особенная вещь. И платья с туфельками радовали Олечку, ведь они были новыми, красивыми. И еда ей нравилась, она с аппетитом ела кашу, суп, второе, приходила в восторг от булочек, получала яблоки-апельсины. А еще можно было в грустную минуту подойти к воспитательнице Марии Алексеевне Белкиной, очень доброй женщине, прижаться к ней, поплакать и получить поцелуй, подкрепленный карамелькой. Оля считала свою жизнь прекрасной, поэтому когда новенькая в первую ночь начала рыдать, стала ее утешать:

– Перестань плакать. Здесь так здорово! Весело! У нас праздники! Смотри, что мне вчера спонсоры подарили: пакет ирисок, набор, чтобы самой бусы собирать. И Мария Алексеевна Белкина такая хорошая!

Но Ира не разделяла восторгов Светловой.

– Фу! Папа мне шоколадные конфеты всегда покупал.

Я жила одна в комнате. Знаешь, какие у меня игрушки были?

Вилкиной не нравилось в приюте категорически. Она отказывалась есть, не желала носить выданную одежду, обзывала ребят нищими уродами, а одному из спонсоров, протянувшему ей под Новый год кулек конфет, со злобной гримасой заявила:

– Своей дочке тоже такую дрянь под елку кладете? Или ей вкусное-дорогое, а сиротам любое барахло сойдет?

Но потом Ира изменилась, стала тихой и крепко подружилась с Олей.

После детдома Вилкина и Светлова получили по квартире. Ира развила бешеную активность, решив как можно скорее перебраться в столицу, Оля же не хотела менять свою жизнь кардинально, собиралась пойти продавщицей в магазин в Игнатьеве, где теперь имела свои квадратные метры, выйти замуж, родить детей. Но активная Ирина перетащила аморфную Олю в столицу, выменяв себе и ей по углу в шумном городе.