Авоська с Алмазным фондом

Активируй батареи мозга: к провалившемуся агенту, которого совершенно точно разыскивают террористы, чтобы откусить ему голову, к мужику, которому сделали другой паспорт, регулярно прибывает верхушка веселой конторы? Да это то же самое, что повесить на дверях его сарая табличку: «Мотель принадлежит парню из ФСБ»! И обрати внимание на еще одну деталь. Ты хотел поговорить с Марией Алексеевной, попросил Печенькина устроить тебе встречу с ней, а сам поехал в Балуево. Погутарил с Гореловым, Петр затащил тебя в гости, угостил чаем с бальзамом из трав.

Ты вернулся в гостиницу и свалился, подкошенный сном. Сколько времени прошло с момента вкушения напитка до твоей отключки?

Я быстро сделал в уме подсчеты.

– Полчаса или минут сорок, не больше. Я сильную сонливость ощутил, войдя в номер, но пришлось заняться… кое-какими бытовыми вопросами.

Тут я замолчал – не рассказывать же Гарику про щенка-безобразника.

– Гомеопатия действует медленнее, чем химия, – продолжал Горностаев, – но, думаю, Петр и не хотел, чтобы ты задрых у него дома.

Тридцать минут – как раз тот срок, когда отвар травяной лабуды мог стукнуть человека по кумполу. Ты нахлебался бальзама и выбыл из жизни, а когда воскрес, времени на бла-бла с Белкиной не осталось, надо было спешить на поезд.

– Думаешь, мне подлили в чашку сонное зелье? – расстроился я.

– Возможно, – пожал плечами Игорь. – Хотя, может, и нет. Ты же устал после ночи в вагоне, провел целый день на ногах, вот и свалился. Но что-то мне подсказывает: разыграли первый вариант.

Печенькин не хотел, чтобы столичный сыщик общался с воспитательницей детдома. Сам не догадываешься, почему? Вот мое мнение: тебе рассказали сценарий для боевика. На девяносто девять процентов это так. Но одна сотая сомнения есть, поэтому пошепчусь я с одним человеком, потом свяжусь с тобой. Извини, мне пора бежать.

– Сам спешу, – сконфуженно пробормотал я. – Премного благодарен за помощь.

– Пока не за что, будет результат – тогда и станешь ножкой шаркать.

Мы вместе вышли из кафе, сели в свои машины и разъехались в разные стороны.

Я направился к Раисе Форткиной, которая, услышав по телефону, что с ней хотят поговорить об Ирине Вилкиной, моментально ответила:

– Если срочно, то жду вас в своем офисе.

– Чай, кофе? – засуетилась хозяйка кабинета, едва я опустился в кресло. – Коньяк? Виски?

– Лучше чай, – ответил я. – От спиртного вынужден отказаться – я на службе. Спасибо, что так оперативно нашли время для встречи.