Бабочка в гипсе

Неудобно сидеть в темноте. Охо-хо! Тебе синий цвет к лицу! – заявил он, когда я сняла очки и явила свету бланш под глазом.

– На мой дилетантский, нехудожественный вкус, слишком темный колер, – задумчиво добавил Макс.

– Ниче, скоро пожелтеет, – оптимистично пообещал Павел.

– Блондинкам оттенок сочного лимона не идет, – зацокал языком Вульф, – лучше чуть розовый с голубизной.

Я снова надела темные очки и с достоинством произнесла:

– Фингал я заработала случайно, пытаясь задержать опасного преступника и сохранить улику.

Кстати, Паша, если б не я, запихнул бы ты в тюрьму по обвинению в убийстве Маргариты Подольской Льва Георгиевича Райкина. Представляешь конфуз?

Как все мужчины, Паша терпеть не может вспоминать о своих ошибках. Еще неприятнее ему признать: Лампа-то оказалась права! Но куда деваться? На всякий случай я подбросила в костер дровишек:

– Поэтому имею полное право знать, что за информация содержалась в записной книжке. Еще раз подчеркиваю, блокнот обнаружила я. Я!

– Тебе просто повезло!

– Судьба посылает подарки лишь достойному, – подчеркнула я.

 – Кстати, Макс, спасибо тебе, ты очень вовремя приехал в Брехалово.

– Всегда готов, – приосанился Вульф.

– Странно, что ты вылетел из дома практически сразу после моего звонка, а не подождал рассвета, – продолжала я.

Максим лучезарно улыбнулся:

– Как только ты сообщила о своем согласии не ходить в сарай до утра, нежно проворковав: «Спокойной ночи», я сразу допер: ох, неспроста эта покорность, сейчас Лампа в пристройку попрет.

Обуяло меня нехорошее предчувствие, я сел в шарабан, вдавил педаль газа и за полчаса до Брехалова долетел. Хорошо, ночью на шоссе пусто. А то бы сидеть тебе здесь сейчас с двумя бланшами и сломанным носом.

– Очень благодарна, – церемонно поклонилась я. – Так что в книжке?

– Все, – потер руки Павел. – Это записи Филиппа Медведева, они зашифрованы, но нашему спецу, Сергею Петровичу Когтеву, понадобилось меньше часа, чтобы разобраться с ними. На страницах описано, как Медведев следил за своими жертвами, вычислял кандидатуры, отбрасывал одних, вторых, третьих.

Как, определившись с личностью «карты», составлял график ее передвижений.

– Там же он отмечал, как искал второго игрока, наверное, хотел его шантажировать, – перебил Пашу Максим, – но не преуспел, понял лишь, что с ним связывается Колян Рублев.

– Я удивилась, когда увидела, что Николай хочет украсть книжку, – сказала я, – меньше всего думала о связи этого недотепы с преступником.