— Помнишь? Верхний колпачок поворачиваешь, напротив риски устанавливаешь время, через сколько часов и минут должен произойти взрыв... И пожалте! Хоть лучшему другу в машину сунь, хоть под воду, хоть в унитаз... Взрыв произойдет неизбежно! А, — крякнул Пафнутьев. — Жаль! Так кто же все-таки о них знал?
— За мной тупик, — скорбно сказал Худо-лей. — Со своими приятелями я порвал... К сожалению. Да они и не интересуются такими вещами, у них другие забавы.
— Помню, — кивнул Пафнутьев.
— Знать о патронах мог только человек, который участвовал в той операции, — Худолей исподлобья посмотрел на Пафнутьева, давая понять — от тебя, Паша, цепочка тянется.
— А кто участвовал? — спросил Пафнутьев. — Ты да я! И все!
— И двое оперативников, — подсказал Худо-лей негромко, но настойчиво. — И двое понятых, которые протокол подписывали... Оперативники приехали на машине, там был водитель...
— И нас с тобой Андрей привез...
— Вот-вот, — произнес Худолей, продолжая в упор смотреть на Пафнутьева.
— Пропала вся упаковка? — уточнил Пафнутьев.
— Да, с коробкой вместе.
— Двенадцать патронов?
— Было двенадцать, — поправил Худолей. — Но два мы использовали, испытали, так сказать, изделие... В коробке осталось десять. Вот они и пропали. Теперь будем ждать взрывов. Эти взрывы не спутаешь с другими.
— Так... Наверняка узнаешь?
— Да, Паша. Там очень своеобразная взрывчатка... Есть и еще признаки. Не ошибусь, не боись.
— А когда их могли взять?
— Если честно — в течение последней недели.
— Ну что, будем менять замок?
— А чего его менять? — Худолей передернул плечами и грустно уставился в окно. Но, помолчав, снова в упор посмотрел на Пафнутьева. — Помнишь историю с банком «Глобус»? Они замки поставили, каких свет не видел. Половину окон кирпичом заложили.
