— Он почувствовал, что снова настаивать на том, что встреча должна состояться только у Леонарда, было бы ошибкой, слишком налегать было нельзя, но, подхватив разговор об ужине, он тем самым еще раз заставил Неклясова подумать о Леонарде.
— Если аппетит будет, — рассмеялся Неклясов.
— Будет! — заверил Пафнутьев и положил трубку. И посмотрел на Андрея. Тот как сидел в кресле, так и остался сидеть, не сделав за весь разговор ни одного движения.
— Ну что? — спросил он.
— Вроде согласился... Но сам знаешь, все, что касается Неклясова, непредсказуемо, невнятно и истерично.
— Через пятнадцать минут. Давай так... Ты выходишь прямо сейчас и, не ожидая неклясовского «мерседеса», дуешь к Леонарду. Если подозревают хвост, они его не увидят. И все сделаем по плану. Я постараюсь затащить его в кабинет Леонарда. Авось что-нибудь получится.
— А если он повезет в другое место?
— Значит, операцию отменяем.
— Но тогда у него будет уже два заложника?
— Что делать...
— С кого начинать? — улыбнулся Андрей. — С Неклясова?
— Думаю, что лучше с его окружения... Оголить его немного. А там решай сам, по настроению. Сможешь?
— Не привыкать, — Андрей поднялся, направился в прихожую. Пафнутьев как заправский гардеробщик подал ему куртку, помог надеть, протянул кожаную кепку.
— В машину сразу не садись... Попетляй по дворам. Не исключено, что его люди уже где-то здесь.
— Авось, — Андрей вышел и, не оглядываясь, побежал по лестнице вниз.
Пафнутьев в раздумье походил по квартире, прикидывая — как бы подготовиться к встрече с Неклясовым. Начал было вязать кожаные ремни, чтобы сунуть под пиджак пистолет, но тут же оставил эту затею — люди Неклясова наверняка обыщут. Нож? И от ножа отказался. Выключив свет, Пафнутьев подошел к окну. Единственный фонарь, который висел на столбе под его окнами, высвечивал светлый круг. Снег подтаивал, и следы прохожих получались четкими, в слабом свете фонаря они вообще казались черными.
— Все ясно, — вслух проговорил Пафнутьев и направился в прихожую одеваться.
Дверь он закрыл на два оборота, ключ сунул в неприметную щель под подоконником, поднял воротник, словно так ему было безопаснее, словно воротник в чем-то предохранял его.
