— А то я уж подумал, может, сказал чего не того, — растерянно пробормотал Андрей и опять слукавил, понимая, что колется приемщица, на глазах раскалывается.
Девушка поманила Андрея пальцем, подзывая его поближе, а когда он приблизился, прошептала на ухо:
— Чем-то припугнули его эти «фокусники». Он в штаны и наделал.
— Может, заплатили маловато? — тоже вполголоса предположил Андрей.
— И это тоже, — заговорщицки кивнула девушка и в этот свой кивок сумела вложить даже восторженность проницательностью Андрея, дескать, уж мы-то с тобой прекрасно понимаем, в чем тут дело.
— Валентина! — раздался из глубин лаборатории нарочито требовательный голос фотографа. — Иди сюда!
— Сейчас такое начнется, — сказала она Андрею на ухо и уже громко крикнула:
— Пока! — Андрей от двери махнул рукой, но Валя и здесь сумела пойти дальше — послала воздушный поцелуй. И уже когда он хотел выйти, настигла его с ручкой и клочком фотобумаги.
— Запиши свой телефон! Мой у тебя же на фотке. Если чего узнаю про красотку — позвоню.
— Тоже верно, — согласился Андрей и быстро нацарапал на полоске бумаги домашний телефон. И приписал внизу имя.
— Андрей! — восторженно прошептала Валя. — Ой, до чего мне нравится это имя! Балдею! Представляешь? От одного имени балдею!
— У тебя тоже имя ничего, — улыбнулся Андрей.
— Жди! Позвоню! Сдохнуть мне на этом месте, позвоню! — и, озорно подмигнув чуть ли не половиной лица, девушка скрылась за черной занавеской.
Направляясь в морг, Пафнутьев и так, и этак прикидывал события, происшедшие в последние несколько дней.
Убийство в кабинете начальника милиции... Такого действительно еще не было. Какую нужно иметь ярость в душе, злобу, ненависть, чтобы, не заботясь о собственной судьбе, заколоть человека, который наверняка втрое крупнее старика, втрое моложе. Эти удары за спину, наискосок, чуть вверх оказались столь убийственно точными, что громадный, полный сил детина рухнул на пол и умер в течение нескольких минут.
Но и это не все, далеко не все... Дело идет к тому, что первого парня тоже заколол старик.
