— Благодарю вас, — несколько смущенно произнесла Апполинария Карловна. — Хочется думать, что я клад не только для сыщиков и следователей.
— Вне всяческого сомнения, — поспешил заверить ее Воловцов. — Это ведь я только касательно вашей феноменальной наблюдательности заметил про сыщиков и следователей. Остальные же ваши качества, перечислять которые здесь не имеется нужды, поскольку они налицо, просто не оставляют желать лучшего!
— Вы мне льстите, — метнула в него заблестевший взгляд Перелескова.
— Ничуть, — решительно не согласился с ней Иван Федорович.
— Я только констатирую факты. — И склонился над ее ручкой в вежливом и благодарном поцелуе…
В то самое время, когда Воловцов стучался к Шацу, Виталий Викторович Песков выходил из старинного двухэтажного каменного здания, каковых немного уже осталось на застраивающейся новыми домами Астраханской улице. Выражение его лица было задумчивым. Он немного постоял у подъезда, оценивая полученную информацию и покуда не зная, как ею распорядиться, и пошел в Городской сад, что был расположен напротив училища.
Найдя свободную скамейку, смахнул с нее опавшие листья и сел с тем же задумчивым выражением лица…
Заниматься дворником Ефимкой судебный следователь Песков начал со сбора информации о нем. Первоначальные сведения сводились к следующему: Ефим Афанасьевич Кологривов, из крестьян, родился в апреле одна тысяча восемьсот восемьдесят четвертого года от отца Афанасия Ивановича Кологривова и матери Евдокии Дементьевны Кологривовой, в девичестве Васяниной.
Оба из крестьян села Сосновки Сосновской волости Зарайского уезда Рязанской губернии. По рождении сына Ефима Афанасий Иванович стал ездить по уездным городам на заработки, потом приехал в Рязань и здесь же осел. Через полтора года он перевез сюда свою семью и снял небольшой домик в конце Вознесенской улицы.
Когда Ефимке было пять лет, Евдокия Дементьевна умерла от крупозного воспаления легких."
"Отец, поселившись в Рязани, подвизался вначале вместе со строительной артелью известного на Рязани строительного подрядчика Михаила Зиновьевича Слепцова на ремонте церквей и домов, принадлежащих городской управе, а после распада артели, в связи со смертью Слепцова, стал самостоятельно наниматься на ремонтные и строительные работы в качестве плотника, штукатура и маляра.
Зарабатывал Афанасий Иванович Кологривов весьма неплохо, за строительный сезон выходило рублей триста с гаком, а то и все четыреста.
