Хотя последний мой разговор с мадам Перелесковой, возможно, окажется весьма нам полезным…
— У меня есть кое-что, — с загадочным видом перебил его титулярный советник. — Правда, я не успел пока допросить Наталью Квасникову, но, думаю, это будет не поздно сделать и завтра. А возможно, и сегодня. Вместе с тобой…
— А что это — «кое-что»? — с интересом спросил Иван Федорович. — Ты раскопал что-то интересное о дворнике Ефимке?
— Да, — ответил Песков. — Представляешь, этот дворник проучился четыре года в Городском училище, самом старом и самом лучшем училище города, причем успевал по всем предметам на «отлично».
Так мне сказал его классный учитель. Он вообще думал, что Ефимка в настоящее время уже оканчивает гимназию…
— Вот как? — удивленно поднял брови Воловцов. — Интересные сведения ты добыл. Выходит, он все время перед нами «ваньку валял», изображая из себя полудурка?
— Может, так, а может, и не так, — произнес Песков. — Понимаешь, два года назад на его глазах погиб отец. Его задавило лесами, которые не успели убрать рабочие, чинившие на Николо-Ямской церкви крышу и купола.
После смерти отца он и сделался таким, как сейчас. Вполне возможно, что от увиденного несчастья парень слегка тронулся умом. Сам знаешь, какая неустойчивая психика у подростков.
— Что ж, и это возможно, — констатировал Иван Федорович. — Так или иначе, но нам следует все проверить.
— Ты говорил, что выудил что-то полезное у постоялицы дома Перелесковой, — напомнил ему Песков. — Что тебе такого рассказала эта злобная мадам?
— Ну, не такая она и злобная, как кажется на первый взгляд, — заметил Иван Федорович.
— Просто несчастная женщина, избравшая злобу и ненависть своим защитным щитом.
— От всего мира?
— От всего недружелюбного ей мира, я бы так сказал, — ответил судебный следователь по наиважнейшим делам. — Надо просто проявить к ней искреннее расположение и найти правильный подход.
— И ты его нашел? — слегка усмехнулся Виталий Викторович.
— Да, — кивнул Иван Федорович. — Нашел.
— И что она сказала такого важного?
— Она описала, причем в деталях, ту «настоящую» барышню, что иногда захаживает к нашему дворнику в его каморку.
— И к чему нам это? — поинтересовался титулярный советник. — Может, этот дворник хорош как любовник? Для этого большого ума не надо, надо нечто другое…
— Да, я тоже думал об этом, — сказал Воловцов. — И именно так, как сейчас подумал ты. Но она приходила еще за одним, кроме постельных с ним утех.
— За чем же? — непонимающе посмотрел на него Песков.
