И на допросы ваши некромантские они не реагируют, потому что там нечем. Вот как бы вы попытались расспрашивать… стул. Ответит ли вам стул? Много ли расскажет о том, как был деревом, и в какой мастерской его изготовили? Вот так и несчастные жертвы этих тварей. Представляйте, что это… стул. И не ждите чудес. Магия есть та же физика, просто кому-то дано более, чем прочим, и силы мира отзываются охотнее. И не все подряд, а какие-то особенные. Старшие же владеют всеми силами сразу. Все стихии, жизнь, смерть и божественная правда.
Только так их и можно пронять, понимаете? Что, говорите, некромант, два боевых мага, и третий — оборотень? Маловато будет. Против по сути Старшего, против того, кто прожил в этом мире пару тысяч лет — явно недостаточно.
И не просто прожил, а ещё и почему-то решил питаться людьми.
— И что же, если его не кормить… людьми, то он кончится?
— Именно. Такое существо не может не охотиться и не есть. Может растягивать периоды от жертвы до жертвы, если разумен и понимает, что люди рано или поздно ополчатся на него и убьют.
Хорошо, не убьют, развоплотят его злобный дух. Если молод и неразумен — то просто охотится, и всё.
— А как же такое существо может выполнить желание человека? — осторожно спросил Авенир, младший сын Афанасия Александровича.
— Нужно очень постараться, — Бельский скупо улыбнулся. — Например, лишить его свободы, и пообещать освободить. Но может не сработать.
— Да как же так-то, оно ж живое, как свободы-то лишить, — вздохнул Авенир. — И разумное.
— Пусть питается? — хмыкнул его отец.
— Сколько разумных людей то и дело убивают друг друга? Что говорить о нелюдях?
— А что известно о повреждениях от такой твари? — чем там оно могло повредить Лёле?
— Да не остаётся там повреждений, выпил — и всё, — пожал плечами Бельский.
— Мне сказали, что некромант жив, но — что-то там не то с магической силой.
— Щупальце отгрызли вашему некроманту, наверное, — Бельский не удивился. — Тот случай, когда нужно бить и хватать с осторожностью. Оно отлично ориентируется в любых потоках силы и её видах, поэтому — сила некроманта для него не является неодолимой.
— И… что будет?
— Ничего, обратно отрастёт, просто не сразу, — Бельский усмехнулся. — И будет вашему парню наука.
— Это барышня.
— Оленька, что ль? — оживился Афанасий Александрович. — Боевая девица! Вы там смотрите мне, берегите её. Она обещала приехать и защитить полный диплом, и потом я буду рад видеть её преподавателем.
— Девица? — нахмурился Бельский.
