Вот здесь пришлось много думать и решать всякий задача. С мельницей мне хорошо помочь Долгов Владимир, тот зодчий с Москва, что приезжать сюда со всякий свой чертеж. Я сам и наш кузнец Петр много от него научиться и взять всякий польза. Он хоть и есть архитектор, но очень-очень много понимать в механика. А вот маслодавильня нам пришлось только лишь самим разбираться. Целый год мы ладить и испытывать всякий приспособлений. Рушильная для отделения ядра от лузга, вальцевальный механизм для смятия массы, печи-жаровни, а потом и сам пресс, – перечислял Курт.
– Все приходилось думать и делать сам, от начальный механизм и до самый конец производства. А потом делать эксперимент и снова дорабатывать весь этот механизм. Потом уже, как только получить готовый масло на выходе из пресса, нужно было думать, как его дальше очистить от примесь и от всякий мякоть и муть. То есть думать, как правильно отстаивать и делать хороший фильтрация. Мы много всякий трудностей иметь, но итог ты и сам уже видеть: если все делать аккуратно и по инструкций, то получать отличный продукт.
Но, к мой большой сожалений, у нас в Россия очень много делать на «авось и небось», или, как это говорят, «и так сойдет». Вот и губят некоторый бестолочь такой дорогой сырье. У нас ведь есть целый технологий для работа маслобойня: какой температура держать печь, какой скорость вращений держать на вальцах. Сколько засыпать семян под сам пресс. Аа!.. – и Курт махнул рукой. – Много делается так-сяк, тяп-ляп, – и немец уморительно покрутил головой.
– Нет сама культура производство. Как дети малый!
– Ну, ладно, ты не заводись, – успокоил друга Алексей. – У людей просто опыта для такой работы нет. Для многих из них ведь единственным привычным инструментом совсем недавно был серп, топор или коса. А из механизмов они видели один лишь ворот для подъема воды из придворового колодца. А ты им про какое-то вальцевание, фильтрацию, пресс и температурный режим толкуешь. Ну вот чего ты от них хочешь? Тут нужно не один год в этом деле покрутиться, а уж на втором поколении, глядишь, даже и культура производства появится, дай вот только срок.
Ну, ты сам вот своего деда вспомни. Как тебя Отто Карлович гонял, когда ты в его мастерской лодырничал?
– О да, это есть правда, – улыбнулся Курт. – Мне часто от него попадать, и все за дело.
– Вот-вот, а хотя и сам в мастеровой семье ведь родился, – пожурил друга Егоров. – Небось, в седьмом колене, если вглубь копнуть, предки у Рудных гор возле старинного горна стояли.
