— Слава Богу! — истово перекрестилась Долгорукая, а Андрей и Репнин понимающе переглянулись с князем Петром и Лизой.
— Посему, в связи с тем, что более никому по делу о фальшивых ассигнациях обвинение впредь предъявлено не будет, считаю это дело закрытым.
— То есть как — закрытым? — воскликнул Репнин. — А Забалуев?!
— Это — мое решение, и обсуждать его не входит в вашу компетенцию, — недовольным тоном сказал судья и с силой стукнул молоточком по подставке. — Решение окончательное и обжалованию не подлежит.
— Никогда не сомневался в справедливости нашего суда, — Забалуев торжественно вознес руки к небу.
— Ваша честь! — бросился к уходившему судье Репнин. — Но как же дело об убийстве цыгана?
— Увы, князь, в ходе расследования достоверных улик так и не было найдено, а потому я счел возможным и единственно правильным вообще прекратить дознание по этому делу. Я — представитель закона и не могу полагаться в разбирательстве на домыслы и предположения. Даже если они исходят от уважаемых мною людей. Прощайте.
— Но… — Репнин проводил судью растерянным взглядом.
— Рано радуетесь, паяц! — кинулась к Забалуеву Долгорукая, но исправник ей тут же загородил проход.
— Пойдем, Маша, — успокаивающим тоном сказал князь Петр.
— И то верно, — засобирался вслед за ними Забалуев. — Давайте поедем домой. День был сегодня тяжелый, мы все устали.
— Домой?! — развернулась на его голос Лиза.
— Разумеется, дорогая моя, — разулыбался Забалуев.
— Домой, — с угрозой в голосе сказал Андрей, — вы поедете в свою развалюху, а в нашем доме с этой секунды ноги чтобы вашей не было!
— Какой взгляд! — передразнил его выражением лица Забалуев.
— Разит насмерть!
— Андрюша, не стоит, — тихо сказал князь Петр.
— Пускай потешится, — кивнул подошедший Репнин, предлагая Лизе руку, чтобы помочь ей дойти до кареты. — Недолго ему осталось…
— Вы еще пожалеете, что со мной так обошлись! — пообещал Забалуев. — Я вам еще покажу, всем до единого!
— Господа, — укоряюще сказал секретарь суда и попросил удалиться и освободить зал для следующего разбирательства.
Забалуев гордо прошествовал к выходу первым, Долгорукие и сопровождавший их Репнин дали ему возможность уйти, чтобы более не сталкиваться.
В коридоре Репнина остановил Шуллер. Лиза не стала им мешать.
— Надеюсь, князь, наш с вами уговор остается в силе? — таинственным шепотом спросил управляющий.
— Уговор дороже денег! — кивнул Репнин.
— Так что же, барон берет меня обратно на службу?
— Как я и обещал, он согласился.
