— Я так страдаю, когда Александр Николаевич уделяет кому-то больше внимания, чем мне…
— Научитесь относиться к этому несерьезно, — посоветовала императрица. — Мужчину изменить невозможно, тем более — венценосного. Переведите все в шутку.
— Как это?
— Однажды на балу Николай Павлович открыто оказывал внимание одной из моих юных фрейлин, а я время от времени шутливо стучала веером по его челу, — улыбнулась Александра Федоровна. — Что же до последнего увлечения Саши… Забудьте его, как дурной сон. Все флирты, в конце концов, обращаются в прах, и мужчины всегда возвращаются к тем, с кем повенчаны, к тем, кто им верен.
— Кажется, мне стало легче… — прошептала Мария.
* * *"
"Когда объявили выход наследника с невестой, Мария едва не упала в обморок. Александр почувствовал, как задрожала и обмякла ее ладонь на рукаве его парадного мундира, и пожалел принцессу. Он с нежностью положил свободную ладонь поверх белоснежной дамской перчатки и осторожно сжал пальцы принцессы. Почувствовав ободряющее прикосновение, она очнулась и с благодарностью посмотрела на наследника.
Александр выглядел спокойным и, казалось, излучал благожелательность. Он вел невесту через зал с размеренностью привычки — как будто не раз проделывал этот путь от двери до подножия трона в сопровождении избранницы, которой суждено стать его императрицей. Уверенность Александра передалась и Марии, и принцесса быстро переступала с ноги на ногу, подстраиваясь под его шаг, и невольно стала копировать его манеру приветствия — одними глазами, не нарушая горделивой осанки и величественной поступи.
— Прекрасно, прекрасно! — прошептал Николай, когда молодая пара прошествовала через зал и заняла свои места близ царской четы.
— О mein Gott! — только и смогла вымолвить Мария.
Она чувствовала предательскую капельку пота на левом виске и боялась, как бы ее не сочли трусихой.
— Не робейте, Мари, — кивнул Александр. — Скоро все это станет для вас обыденным и скучным делом. А вот, кстати, и наши дорогие послы!
К ним один за одним стали подходить главы дипломатических миссий, и Мария, вспомнив совет Нарышкиной, с жаром принялась целоваться с каждым из представленных ей дипломатов.
— Похоже, война с Персией больше не угрожает России, — вполголоса пошутил Николай, наблюдая, как при поцелуях поползла вверх правая бровь обычно невозмутимого Шаха Аббаса, и громко добавил по-французски: — Принцесса Мария преподнесла нам всем подарок. Она решила возродить старинный боярский обычай приема послов.
