Уж не знаю, что лучше? Вот так, тихо. Или разнести двери в щепки?
***Выйдя из комнаты и закрыв дверь, Олих остановился. Ему хотелось разнести замок на мелкие кусочки, но он все же сдержался, заточив свою ярость и эмоции под маской невозмутимости.
— Позвать в Большой зал начальника охраны и управляющего замка. Немедленно. В эти двери никого не впускать и не выпускать. Ни-ко-го.
Молодой стражник вытянулся в струнку возле двери, в то время, как другой побежал выполнять указания сына повелителя.
Олих вошел в зал и остановился у огромного окна, заложив руки за спину.
Он не обернулся ни когда, чеканя шаг, вошел начальник охраны его личных покоев, ни когда тихо прошелестели шаги управляющего. Он спиной ощущал страх и ужас, охвативший их. А ведь явно знают, почему он их послал. Значит, тоже виноваты.
Все также, не поворачиваясь, прислушался к шагам братьев. А эти чего пришли? Он их не звал. Судя по сдерживаемому дыханию, они уже были в курсе. А возможно, знали об этом и раньше?
Он резко повернулся и посмотрел на братьев.
Так и есть. Урласу хуже всех удавалось скрыть свои эмоции. Это и не удивительно. Во-первых, он не дракон. А во-вторых, он явно был не равнодушен к его Велме. Так что же заставило его скрыть от Олиха правду? И как давно он об этом знает?
А Кейден? Что означает этот его сочувствующий взгляд? Он тоже в теме. Это ясно, как белый день.
А вот его младший братец его удивил. У Олиха создалось впечатление, что тот готов бросится на него и вцепиться в него зубами. Вот только почему? Что или кого он готов так самоотверженно защищать?
Олих лишь вскользь глянул на своих дрожащих от страха подчиненных.
Все присутствовавшие знали о случившемся. Но только не он. Когда воздух перед его глазами поплыл от ярости, пазл вдруг сложился в его голове. Не хватало лишь маленького кусочка. Все, кроме Бастиана, были неотлучно при нем. А последнюю неделю, как раз с того самого дня, как отбыл во дворец Бастиан, опекали его и отвлекали самыми разными пустяками.
Так вот почему не отвечала на его послания Велма.
Он даже похолодел внутри, представив, что все то время, когда он, как дурак, мечтал о ее теле, она находилась в кандалах. В этом-то он, как раз, не сомневался.
Но вот чего он не мог понять, принять и поверить, так это в то, кто же насмелился ТАКОЕ сотворить с его женщиной.
— Кто? — бросил лишь хлесткое.
— Олих, ты в своем праве гневаться и наказать виновного, но я прошу тебя…
Кейден начал и тотчас же закончил, когда его перебил старший брат.
