Такой заживает лучше прямого, и костная мозоль прочнее – площадь-то больше.
Мария постанывала, хоть и находилась под действием опия. Кости – это всегда очень больно, и нужен глубокий наркоз. Только где его взять – глубокий?
Проколов кожу и мышцы, я провел две спицы через кость выше распила и две – ниже. Спицы перекрещивались между собой, образуя некоторое подобие креста. Теперь ушил поврежденные мною при разрезе мышцы и наложил швы на кожу. Установил аппарат Илизарова, собрав его на ноге августейшей пациентки. Представьте себе трубу, вокруг которой стоят строительные леса.
Теперь нога Марии напоминала вот такое сооружение.
Придворный лекарь со все возрастающим удивлением глядел на мои действия. Когда я стал мыть руки, он вежливо осведомился:
– И что, теперь она будет лежать в постели, пока не срастется кость?
– Нет, уважаемый Агулья. Она будет ходить, и если захочет – то прямо сразу после операции.
– Но ведь кость перепилена? – с ужасом в голосе спросил лекарь.
– Не торопись, коллега: очнется после опия Мария – увидишь сам.
Лекарь недоверчиво покачал головой.
Девушка выходила из наркоза быстро – сказывалась молодость, способствовала этому и хорошая печень.
Открыв глаза, она обвела взглядом комнату.
– Тошнит.
– Потерпи, это скоро пройдет.
– И ноге больно.
– Верю, наберись терпения – и ты будешь здорова, будешь скакать на обеих ногах, как быстроногая серна.
Мария попыталась через силу улыбнуться.
– Сесть можно?
– Только осторожно, без резких движений.
Мария присела на столе, оперлась руками и невольно вскрикнула, увидев ногу в непонятной железной конструкции.
– Что это? – она с ужасом показала на аппарат.
– Это лечебный аппарат, с его помощью я сделаю твою ногу длиннее, и ты перестанешь хромать.
– И из-за этой штуки мне надо будет лежать в постели?
– Нет, ты можешь ходить, впрочем – не перегружая ногу.
– Страшно ведь…
– Обопрись на меня и спускайся на пол.
Мария свесила ноги со стола. Аппарат мешал, цепляясь железяками за стол. Она никак не могла решиться встать на обе ноги.
Слева от Марии встал Агулья.
– Ну же, девочка, решайся.
Лицо Марии было бледным, зрачки расширились, дышала она глубоко – от наркоза еще толком не отошла и боится.
Наконец Мария преодолела страх и медленно спустилась со стола. Мы поддерживали ее под руки.
– А нога-то не выросла! – разочарованно заявила Мария.
Я засмеялся.
– Нужно время. Все будет хорошо, поверь мне.
Мария вдруг вспомнила о своей наготе.
– Позовите служанок, я одеться хочу.
