Бей первая

Она тихо смеется мне в плечо:

– Все хорошо, Кир.

И от этих простых слов тугие ремни, стягивающие грудную клетку, наконец расслабляются. Все хорошо. Она со мной. Она моя. Больше никаких тупых ошибок.

Я наклоняюсь и целую ее. Пытаюсь передать всю нежность, которая у меня есть. Из всех уголков души ее собираю и отдаю. Губы такие мягкие, вкусные, просто идеальные. Их для меня создавали. Она вся только для меня. Господи, какой же приторный бред крутится в голове. Стискиваю ее талию сильнее, и Мальвина дрожит.

Моя. Моя.

Приподнимаю ее футболку и касаюсь пальцами голой кожи. Совсем забываю, как дышать.

– Кир, – шепчет она мне в губы.

– Да, извини, – голос хрипнет.

Я упираюсь лбом ей в переносицу и пытаюсь вдохнуть. Застываю на долгие секунды и наконец прихожу в себя.

– Погуляем?

– Погуляем, – она улыбается.

– Тогда поставь цветы и одевайся, я подожду.

Она забирает букет и уходит. А я улыбаюсь в пустоту, не пытаясь скрыть своих эмоций. Никто не видит, так что можно отпустить себя и побыть просто влюбленным идиотом.

Но я слишком расслабляюсь. Поэтому, когда открывается лифт, это становится для меня неожиданностью. Растерянно оборачиваюсь и смотрю, как из лифта выходит мужчина. Пакет в его руках звенит стеклянными бутылками. Утром в субботу. Значит, это ее отец.

Глава 35

– Здравствуйте, – говорю первым.

Просто потому, что так правильно.

Его лицо непроницаемо, ни одной эмоции не видно. Жесткий подбородок, голубые глаза, густые брови. Наверное, он был очень красивым в молодости.

Сейчас же он опухший, пьяный и злой. Под глазами – отекшие мешки.

Он смотрит цепко и недобро. Говорит:

– Что делаем здесь?

– За Ланой пришел, – отвечаю твердо.

Понимаю, что не могу врать и юлить. Если совру, он все равно поймет, и будет хуже.

– За Ланой пришел, – повторяет он. – Интересно.

Мерит меня внимательным взглядом. Шмыгает носом, достает из кармана пачку сигарет.

– Куришь?

Я отрицательно мотаю головой. Я и правда не курю. Только с охранником на крыльце в плохие дни.

В такие, как этот."

"Отец Разноглазки неторопливо пристраивает пакет на пол у стены. Бутылки снова отзываются задорным перезвоном. Я морщусь, и это не ускользает от его пристального взгляда. Хмыкает. Чиркает зажигалкой и глубоко затягивается.

Я неосознанно сжимаю руки в кулаки. Пытаюсь справиться с волной гнева и отвращения. Эмоции такие сильные, что даже виски ломит. Если бы он только дал мне повод, я бы его ударил. Чувствую, что он это понимает.