Белая сирень

Ольга видела даты последних загрузок и, когда дошла до конца, выключила ноутбук и выдернула флешку.

Чудов, восемь лет назад

…Было непонятно, пошёл ли недолгий отдых им на пользу. Они с трудом поднимались, хватаясь друг за друга и шатаясь, словно пьяные. Кое-как опять вышли на дорогу. Очень хотелось пить. Марина, обернувшись, вдруг замерла, и Оля, перехватив её взгляд, тоже вгляделась вдаль. Столб дыма поднимался высоко в небо, почти растворяясь в рассветной дымке. Марина издала булькающий звук, который, видимо, должен был означать смех.

Когда они дошли до железнодорожного перегона с мигающим фонарём и кирпичной будкой обходчика, Оля отделилась от Марины и быстро подошла к небольшой постройке. Несколько раз постучала в занавешенное окно. Штора отделилась, и за стеклом показалась взъерошенная голова то ли женщины, то ли мужчины. Оля показала знаками, чтобы им открыли, но шторка тут же задёрнулась. Девушка выждала ещё пару минут, но дверь им так никто и не открыл.

Марина потянула Олю за собой на железнодорожное полотно.

– Так быстрее.

Оля шла по шпалам, переступая через две, но сбивалась, меняя ноги и тихо ругаясь себе под нос. Марина чуть отставала. Останавливаясь, она прижимала руку к пояснице, потом, опять зажав сумочку локтем, шла дальше. Оля встала на рельсы и, когда Марина равнялась с ней, переступала уточкой рядом. Балансируя на блестящем металле, она смотрела под ноги, не замечая, как болезненно морщится Марина, раздвигая губы в улыбке.

Ольга вышла из-за стола и подошла к окну. Фонари ещё не горели. Но света из окон было достаточно, чтобы разглядеть улицу. Со стороны магазина шли люди, в основном с полуторками пива в руках. Оля раскрыла окно и села на подоконник, уперев затылок в стену.

«Мне не надо было тебя отпускать. Я не должна была оставлять тебя. Я вернулась слишком поздно».

Оля нервно помяла в пальцах сигарету, поднесла её к носу и вдохнула запах.

Оля до боли зажмурила глаза, зажимая сигарету в руке, и услышала, как тихо смеётся над ней Марина.

16

Каждый раз, когда Герман готовился повернуть на этом перекрёстке, в его голове что-то щёлкало, и ему хотелось тут же уехать обратно.