Судя по всему, причиной всех этих разрушений были именно они. Я замерла и с огромным удивлением уставилась на них, хорошо освященных синим светом потолочных звезд. Кажется, они не просто беседовали, стоя в воздухе, а бились. Один из этих невероятных людей махнул длинной тростью, и в силуэт в плаще полетела сплетенная из голубого сверкающего метала цепь, которая больше была похожа на живую змею. Она попыталась обвить человека, но несколько пассов рукой, и цепь сначала с оглушающим грохотом ударилась о стену, а после разлетелась на несколько кусков, один из которых прилетел в плечо к хозяину, и, кажется, ранил его.
Трость упала вниз.
Силуэт в длинном плаще небрежно замахнулся на своего подбитого соперника, руки которого теперь были странно согнуты, и на него налетела непонятно откуда взявшаяся волна коричнево-оранжевого света. Пассами раненный с трудом ответ от себя эту угрожающую волну, она ударилась о потолок, и по нему побежали трещины, но его соперник тотчас послал новую, почти черную, и человек, не справившись с ней, полетел вниз, к своей трости, однако умудрился прямо в полете метко послать в своего соперника огненный, похожий на миниатюрное солнце, обрамленное в рамку из темного серебра, шар.
Человек в плаще не успел отклониться и тоже полетел вниз.
От ужаса я присела на корточки и закрыла голову руками, хотя знала, что нужно бежать к упавшему и попытаться помочь ему, но еще я знала, что мне нужно попасть к раздевалке, дверь в которую перекрыта все такой же золотистой решеткой, как и на окнах, чтобы предупредить 11 «Г» об опасности или узнать, что с ними случилось.
Я не могла оставить их в беде.
С трудом заставив себя подняться, я, оглядываясь, побежала к раздевалке, но пробежала совсем ничего – заметила на полу, на обломках лавочек и стеклянных осколков, трех девочек из 11 «Г»: Полину Маслову в нежно-голубом платье с пышной воздушной юбкой до колен и в сверкающей назло всем диадеме в спутанных волосах, которая лежала на спине, широко раскинув ноги и руки, и двух барби, что задирали ее.
Они покоились по бокам от Полины, совершенно неподвижные, у одной была кровь на лице, вторая неестественно согнула руку. Я бросилась к девочкам и трясущимися руками проверила их пульсы – слава Богу, они были живы и, казалось, что все три школьницы крепко-крепко спят. Страх немного отступил. Я потерла лицо, пытаясь понять, что происходит.
Так, если девочки тут, значит, 11 «Г» тоже должен быть в этом месте, и я найду всех остальных.
