Белые ночи с Херувимом

Меня отделяли от дежурной сестры всего несколько шагов, но она по-прежнему не замечала меня. Она вообще не шевелилась – склонилась над столом, опершись подбородком на сложенные кулаки.

Я сделала еще шаг вперед и растерянно остановилась.

– Девушка! – проговорила вполголоса. – С вами все в порядке?

Я сделала еще один шаг, осторожно прикоснулась к плечу дежурной.

Этого прикосновения оказалось достаточно, чтобы нарушить хрупкое равновесие, – локти разъехались, и девушка упала лицом на стол.

Я испуганно отшатнулась, затем преодолела страх, наклонилась над ней и приложила пальцы к шее.

На шее ровно билась жилка. Сестра была жива, она всего лишь спала – но сон ее был неестественно крепким. Наклонившись, я почувствовала запах, который все объяснил, – острый и резкий запах хлороформа.

И тут же я увидела на столе тревожно мигающую лампочку вызова.

Мигала лампочка под номером три.

Я оставила сестру (все равно я ничем не могла ей помочь) и бросилась к третьей палате.

Однако перед дверью палаты я остановилась, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями.

Мыслей было немного, если честно – всего две.

Если люди из черной машины опередили меня, если они уже нашли и убили Сергея Капустина, я ему ничем не могу помочь – ворвавшись в палату, только подставлюсь под пулю.

Если же он пока жив, – а мигающая лампочка на столе дежурной говорит в пользу этой оптимистической гипотезы, – тем более не имеет смысла врываться в палату, как в магазин в первый день распродажи.

Я тихонько, стараясь не скрипнуть, приоткрыла дверь и проскользнула внутрь палаты.

Там было темно. В первый момент я вообще ничего не увидела, как будто оказалась в закрытом погребе. Вспомнив один из уроков, которые давал мне дядя Вася на первых порах нашей совместной работы, я изо всех сил зажмурилась и снова открыла глаза. Этот нехитрый прием позволяет быстрее привыкнуть к темноте.

Действительно, теперь я кое-что могла видеть – передо мной была небольшая палата на четыре кровати. На той койке, которая стояла слева от меня, кто-то лежал.

Я хотела включить свет, но тут за дверью палаты послышались приближающиеся шаги. Я охнула и скользнула в сторону от двери, прижалась к стене и затихла, как мышь.

И тут… тут я услышала совсем рядом, может быть, в полуметре от меня, человеческое дыхание.