Это на каком языке? Буквы русские, но понять ничего не могу. И, если не ошибаюсь, слово «салат» имеет на конце «т», а не «д». Так, что у них дальше. «Херринг с цвибелом и ойлой из оливок». В памяти всплыли школьные занятия по немецкому языку. Херринг – это селедка, а цвибель – лук. Ойла, скорее всего, масло. Флайш – мясо. Чиккен – цыпленок, но это уже на английском, который я пыталась освоить в институте. Что такое табурет? Навряд ли в салат настрогали деревянное сооружение на четырех ножках.
Дальше в меню шли супы.
«Хаспачча из томато энд крабо» (по желанию) и «Консомэ из ваши с хрустящими крутонами».
– Выбрали? – спросила официантка, возникая у столика. – Не сомневайтесь, мы готовим только из фермерских продуктов первой свежести. Хозяин сам у плиты стоит.
– Меню непонятное, – пробормотала я, – на необычном языке.
– По-русски написано, – удивилась девушка.
– С одним салатом я вроде разобралась, он с редисом, курицей и каким-то мясом, – начала я.
– Беконом, – уточнила официантка, – это фирменный рецепт.
Цыпленок суховат, его ломтики шпигуют сальцем и обжаривают. М-м-м. Вилку проглотите, так вкусно. В качестве дрессинга – крем-фреш, взбитый с сочным цитрусом лично из Андалузии.
Я посмотрела на бейджик, прикрепленный к блузке официантки.
– Простите, Марго, кто кого дрессирует и из чего крем?
– Дрессинг, – повторила красавица, – это просто дрессинг. Хи-хи. Так хорошо, когда клиенты веселые, шутят, а то некоторые придут, набычатся, рожи каменные. А вы с юмором.
Кто кого дрессирует? Ха-ха.
– Впервые слышу слово «дрессинг», – призналась я.
Улыбка Марго стала еще шире.
– Не москвичка, да? Из провинции? Не стесняйтесь, все столичные жители когда-то фиг знает откуда приехали. Я сама из Ахропольска. Наш хозяин из Урбанска, не бойтесь, все у вас будет хорошо, обвыкнетесь и по-городскому говорить станете. Дрессинг – это растительное масло.
– Нет, – возразила я, – оно, по-вашему, «ойла».
Марго снисходительно посмотрела на меня.
– Ойла простая, без добавок.
Дрессинг делается на основе ойлы с добавлением цитрона, приехавшего лично из Андалузии, и табурета.
– Заправка или подливка, – осенило меня.
Официантка кивнула:
– Иес. По-провинциальному так, а по-нашенски, по-столичному, – дрессинг.
– Кто такой табурет? – продолжала я беседу.
– Травка пиканте, выросшая в Мексике, – затараторила Марго, – обладает ярко выраженным пряным вкусом сгоревших дров, ароматом диких лесов и бодрящей силой горных озер.
