Беспокойное лето

— Девица довольно кивнула и жестом разрешила Емеле сесть на место, как только он сел, сидевший с ним рядом здоровяк, с простым лицом, почти бесцветными глазами и непослушной копной соломенного цвета волос вскочил.

— Виталий Кощеевич Крестьянский. — Он даже попытался отдать честь, но на половине движения остановился и просто радостно мне улыбнулся. В этом парне было, наверное, метра два роста, как говорится косая сажень в плечах и открытая, обезоруживающая улыбка, ему хотелось улыбаться в ответ, ему хотелось доверять и содействовать, именно таким и должен был быть оперативник.

— Виталий? — Я удивленно уставился на Василису, та лишь закатила глаза, вместо нее ответила девчонка, она похоже тут уже успела построить всех и уверенно заняла доминирующее положение.

— Было у крестьянина три сына. — Она с усмешкой смерила здоровяка взглядом. — Старший умный был детина, средний был ни так ни сяк, младший вовсе был дурак. — Голос у нее был приятный, спокойный, хрипловатый, и было в нем что-то завораживающее.

— Доподлинно известно только имя младшего, Иван. А Виталий у нас, значится, старший, мы рассудили, что дураков и посредственностей нам не надо. А этот, сильный, умный, находчивый, исполнительный. — Она похлопала Виталия по плечу, и здоровяк зарделся, ну еще бы, похвала такой девушки стоит дорогого.

— А Вы? — Я кивнул девушке, и она, не вставая представилась.

— Варвара Василисовна Краса.

— Я нахмурился, значит вот эта дева воплощение самой Василисы, до этого момента я знал только одну Василисовну, ведьму Златославу, ее личного секретаря, и вот теперь вторая, и судя по всему, яблочко то от яблони упало совсем уж не далеко. Девчонка была красива, очень красива, что не удивительно, но было в ней и нечто иное, сила, стервозность, самодовольство и жажда власти. Черные как смоль волосы заплетены в длиннющую косу, которая, казалось, была гвоздями прибита к ее спине, так как лежала, не шелохнувшись, такие же угольки черных глаз, и практически черная помада на пухлых презрительно скривленных губах, все это оттеняло белоснежную кожу и тонкий, чуть длинноватый нос. Ростика в девушке было метра полтора, или чуть больше, и телосложение предельно хрупкое, но она, появившись на свет буквально этой ночью уже умудрилась построить двоих мужиков.