— Да проехали уже, — скривился тот. — Меня Растом звать. Мир?
— Мир, — пожал я протянутую руку. — Я Китар. Можно — Кит. Мелким больше не зови только.
— Хорошо, — согласился Раст. — Так, а сколько долей-то? Всё равно же объявят. Слишком уж ты быстрый для своих лет. Тебе же двенадцать-тринадцать небось?
— Двенадцать, ага, — кивнул я. — Семьдесят шесть долей.
— Неплохо, — присвистнул блондин. — У меня сорок две. И ведь думал, что первым по ловкости буду в отряде. Мне бы таких родителей.
Из богатой семьи поди?
— Сирота.
— Да ты брешешь! — взлетели вверх брови Раста. — А деньги откуда тогда? Наследство?
— Сам бобы добыл. Я охотник.
— О, брат… Из наших! А чего я тебя не знаю тогда?
— Только в Град перебрался. Из первого своего похода за пролив вернулся на днях. Вепря знаешь?
Лицо Раста вытянулось.
— Так вот оно что… Ты тот мелкий… Тот парень, что с ними хозяина брал? Тогда ясно. Ну, рад познакомиться. А с кем нынче ходил?
— С Броном. Слышал о таком?
— А как же! Вот кто мне всё расскажет… А то, поди разбери, где брехня, где правда.
— Э… Судари, охотники, — влез в наш разговор стриженный под горшок худыш. — Может, вам пробежка по двору босиком и не доставит проблем, но, если я правильно понял служителя, за следующий проступок нас покарают всех вместе. А у меня здоровье не очень — сопли вмиг побегут. Может быть позже продолжите? Нам всего пять минут дали.
— Да, да, парни, — подскочил с кровати здоровяк.
— Пойдём уже может? Меня, кстати, Микитой звать. Не из охотников. Батя кожами занимается. Простые люди мы. Еле-еле вот деньги те наскребли, чтобы на учёбу последним годом попасть. А ловкости у меня всего шесть долей, раз уж спрашиваете.
— Да вроде не спрашивали, — хохотнул Раст. — Пойдём сейчас — не боись, Мики. Знакомство только закончим. Давай уже про себя пару слов скажи, — повернулся он к худышу.
— Леонард Митридуб, к вашим услугам, — слегка поклонился мальчишка.
— Семья варщиков. Дед держит лавку на углу Светлой и Каменной. Вы наверняка её знаете. Доли ловкости надо?
А наглости пацану не занимать. Вот у нас кто из богатеньких значит. Уверен, что ему тоже двенадцать. Наверняка, все четыре межсезонья отучится. Странно ещё, что только на короткую зимнюю смену пошёл, а не на длинную, которая с самого начала осени до следующего лета идёт.
— Так я у вас и затариваюсь, — всплеснул Раст руками.
