Бессердечный повеса

– Я знаю, ты сожалеешь о смерти Тео, – тихо сказал Девон. – Я знаю, что ты вышла за него с наилучшими намерениями и пыталась его искренне оплакивать. Но Кэтлин, милая... ты такая же его вдова, как была женой.

Слова прозвучали словно пощёчина. Потрясённая и оскорблённая она вскочила с кровати и схватила шаль.

– Не надо было тебе ничего рассказывать! – воскликнула она.

– Я лишь указываю на то, что, по крайней мере, себе ты можешь признаться, что не связана с ним теми же обязательствами, какими была бы связана настоящая вдова.

– Я настоящая вдова!

Девон насмешливо на неё посмотрел.

– Ты едва знала Тео.

– Я любила его, – настаивала она.

– О! И что же ты любила в нём больше всего?

Кэтлин возмущённо открыла рот, чтобы ответить, но не нашла слов. Она прижала руку к животу, когда на неё снизошло тошнотворное осознание. Теперь, когда чувство вины за смерть Тео немного поутихло, она не могла понять, что же испытывала к нему кроме жалости, которую питала бы и по отношению к совершенно любому человеку, которого постигла подобная судьба.

Несмотря на это, она заняла место вдовы Тео, жила в его доме, подружилась с его сёстрами, пользуясь всеми преимуществами положения леди Трени. Тео знал, что она была притворщицей. Он знал, что она его не любила, даже когда она сама об этом ещё не догадывалась. Вот почему в последние минуты жизни он принялся её обвинять.

Разъярённая и пристыженная Кэтлин развернулась и пошла к двери. Распахнув её, она не остановилась, чтобы посмотреть по сторонам, а ринулась через порог.

– Что за… – начал Уэст, протянув руки, чтобы не дать ей упасть. – Что случилось? Я могу помочь?

– Да, – отрезала она. – Можете бросить своего брата обратно в реку. – Она зашагала прочь, не дав ему ответить.

Уэст вошёл в спальню.

– Я вижу, ты вернулся к своему привычному очаровательному образу.

Девон усмехнулся и прерывисто вздохнул, стараясь усмирить страсть, бушующую внутри него последние нескольких минут.

Он никогда не чувствовал себя лучше.

– Почему она разозлилась? – спросил Уэст. – Неважно, я не хочу знать, – подхватив стул у кровати одной рукой, он развернул его к себе. – Ты задолжал мне пару ботинок. – Он сел верхом на стул и сложил руки на спинке.

– Я задолжал тебе намного больше.