Бессердечный повеса

– И тогда я напомню им, что ты вела себя так же ещё до того, как начала делать шляпы, – безмятежно заявила Хелен, сверкнув глазами.

Посмеиваясь, Пандора принялась усердно работать иглой, зашивая разошедшийся шов.

– Мне бы не понравилось работать, если бы это мешало заниматься тем, чем я хочу.

– Когда ты станешь хозяйкой большого дома, – весело сказала Кэтлин, – у тебя появятся обязанности, которые займут большую часть твоего времени.

– Тогда я не стану хозяйкой большого дома. Буду жить с Кассандрой после того, как она выйдет замуж.

Если её муж не запретит, конечно.

– Глупая ты, – сказала Кассандра своей близняшке. – Я бы никогда не вышла замуж за человека, который нас бы разлучил.

Покончив со швом на отстёгивающемся белом манжете, Пандора начала откладывать его в сторону, но фыркнула, заметив, что её юбка натянулась.

– Что за вздор! У кого ножницы? Я опять пришила манжет к платью.

Уэст прибыл после полудня, привезя с собой огромное количество багажа, включая массивный сундук, который с трудом занесли наверх два лакея.

К разочарованию Кэтлин, все три сестры Рэвенел встретили его, как героя, вернувшегося с войны. Порывшись в кожаном саквояже, Уэст начал раздавать изящные свёртки, упакованные в тонкие слои бумаги и перевязанные соответствующей, узкой как шпагат, ленточкой.

Заметив маленькие бирки, на которых была проштампована витиеватая буква «У», Хелен спросила:

Уэст снисходительно улыбнулся.

– Они означают – универмаг Уинтерборна, где вчера днём я всё это купил, не мог же я приехать к моим маленьким кузинам с пустыми руками?

К ужасу Кэтлин, от приличного поведения, подобающего леди, не осталось и следа.

Близнецы разразились криками восторга и начали танцевать вокруг него прямо в прихожей. Даже у Хелен порозовели щеки, и она затаила дыхание.

– Достаточно, девочки, – наконец проговорила Кэтлин, изо всех сил пытаясь казаться беспристрастной. – Нет нужды скакать, как сумасшедшие кролики.

Пандора уже начала разрывать упаковку одного из свёртков.

– Сохрани бумагу! – воскликнула Хелен.

Она поднесла свёрток поближе к Кэтлин, и приподняла один из слоёв бумаги. – Только посмотри, Кэтлин, какая тонкая и качественная.

– В этом году цветные перчатки последний писк моды, – сообщил Уэст. – По крайней мере, так сказала продавщица в универмаге. Здесь найдётся пара для каждой из вас, – он усмехнулся явному неодобрению Кэтлин, в его серых глазах сверкнуло озорство. – Кузины, – добавил он, как будто этим мог объяснить такие неподобающие подарки.