— Найди другой способ наказания, чтобы ей в конечном итоге тоже понравилось, но она вынесла из этого урок, — пытается спустить ситуацию на тормозах. — Хотя нет, она будет потом чаще косячить.
— Я ее жизнь скоро до основания разрушу, — упираясь локтями в колени, кладу подбородок на сложенные кулаки.
— Построишь новую, — не чувствуется в голосе друга уверенности. Он ведь понимает, что скоро от ее жизни останется лишь пепел.
— Сложно, когда любишь, причинять человеку боль, пусть и ненамеренно, — Юна и так кроме меня и брата никому не верит, а тут ее ждет пздц какое разочарование.
И с этим тоже придется жить…
— Тогда лучше отпустить. Дать ей встать на ноги, опериться. Ты устанешь быть удобным, устанешь ломать себя. Твоя жертва напрасна. Жертвуя собой, не сделаешь всех счастливыми. Юна должна принимать тебя любым, со всеми твоими психами и вывертами, или это не любовь. Потеряешь себя, хреново будет обоим.
— Лех, с ней не получается быть собой. Она в своей короткой жизни переела жести. Отец-ублюдок издевался, он ее транквилизаторами колол, чтобы она послушной была, — срываюсь, потому что не могу принять, что кто-то над ней измывался.
Я накажу. Жестоко накажу, но не верну ей потерянного детства. — Я сейчас неспособен на тихие разговоры, а она во мне увидит отца, если я выпущу своих демонов.
— Ну и сдерживать их долго ты не сможешь, Стас. Ломать себя будешь? Нахрена? Не вывезешь. Разрушишь то, что пытаешься сохранить сейчас. Она сильнее, чем кажется. Если не уверен, отпусти, — бьет по плечу, поднимается и уходит.
Продолжать бессмысленно, он сказал, я услышал.
Отпустить…
Мысль болью врезается в сердце, но я понимаю, что Лешка прав. Мы слишком разные. Как бы отец с ней ни поступал, она осталась принцессой, а я грубый мужик, чья жизнь затоплена кровью, потом, человеческими страданиями и смертями. Сломаю… не получится быть ванильным 24 на 7.
Посмотрит своими красивыми глазками, как на отца, убьет без выстрела. Я живу со своими демонами, сроднился с ними, но я не монстр…
Глава 38
Юна
Вечер смазанным пятном откладывается в памяти.
Ребята готовятся ранним утром на рыбалку. Они встанут? На часах почти два ночи, а они веселятся, пьют у костра, в котором продолжают поддерживать огонь. Мне должно быть все равно, я ведь никуда не собираюсь идти, но зацикливаюсь на совершенно неважных для меня вещах, чтобы не сходить с ума.
Я ушла рано. Вечеринка с шашлыками прошла мимо меня. Не притронулась ни к овощам, приготовленным на гриле, ни к мясу, ни к закускам.
