(без) Право на ошибку

И я, взрослая, рассудительная и сдержанная женщина, которая давно разобралась в том, что сделают с моим ребенком, насколько это нужно, и которая искренне верит во врачей от Бога, что сейчас будут там, в операционной, вместе с ней — я вдруг срываюсь с места, и рискуя расшибить себе лоб, врезаюсь в закрывшиеся автоматически двери.

Сползаю на пол, до крови прикусывая губу, чтобы не заорать от иррационального ужаса.

И вздрагиваю всем телом, когда чувствую теплую руку на своем плече.

Михаил

… — Не знала, что ты педофил, Веринский.

Тщательно прокрашенные губы Златы округлились, будто она пыталась сделать дак-фейс в камеру, а я поморщился. От всего — от ее запаха, прорисованного лица, манер. От всех этих фраз.

Сучка.

И как у меня на нее вставал когда-то?

Злата порхала между богатыми любовниками и в какой-то момент приземлилась на мне. Странно, что я не побрезговал. Удачно подловила, наверное — я уже и не помню. Помню только, что она задержалась в моей постели на пару месяцев, а потом я послал ее нахрен — стоило ей начать незаметные, как она думала, поползновения на мою свободу.

С той поры она почему-то решила, что мы чуть ли не друзья и вообще — настоящие бывшие. И что она может подходить ко мне на всяких тусовках и вставлять свои блядские замечания.

Я даже не обращал на них внимания.

Но не сегодня. Сегодня я здесь был вместе с Настей и от одной мысли что эти ублюдочные губы несут такую грязь в сторону моей спутницы я взбесился.

Настя и правда выглядела молодо. И слегка замученно. Не в пример разодетым красоткам в простой шелковой блузке и узкой юбке, волосы скручены, не накрашенная. Мы уже выбрались с работы, поздно, как всегда, и собирались ко мне домой — чтобы провести вместе всю субботу — как она напомнила, что я приглашен на этот прием. А мне надо было кое о чем поговорить с хозяином вечеринки.

Так что мы заехали буквально на полчаса. И пусть мне хотелось оставить ее в машине — нет, я не стеснялся, просто беспокоился, что она будет чувствовать себя неловко — пригласил ее пройти с собой.

И теперь бесился. Мне не нравились снисходительные взгляды шлюх и оценивающие — тех. кого они сопровождали.

Да еще и пришлось отойти ради важного разговора, оставить ее одну.

Я уже возвращался, как меня перехватила Злата и чуть ли не оттеснила к стене. Хорошо хоть Настя этого не видела — мне на фиг не сдалась ни ее неуверенность, ни ревность.