(без) Право на ошибку

Хочет веселиться, да и жить хорошо — а то что она в этой провинции видела? Ты хоть подарки ей дарил, а? Деньги? Ну я и предложил…

Он замолчал.

То ли все-таки прочел что-то по моему лицу, то ли почувствовал.

Я не мог поверить, что слышу все это. Или мог? Если бы Горильский не был Горильским, если бы он говорил все с иной интонацией, иными чувствами, я может послал его сразу. Но, блядь, все выглядело по-настоящему. Я слишком хорошо знал этого мудака…

А знал ли Настю?

Внутри начало что-то клокотать.

Но спросил я все еще холодно:

— Что предложил?

— Помощь.

Деньги. Ну и все это… Ведь ей какая разница? Миха, ну правда извини…

— Ты же знаешь, что я не делюсь. Ничем и никем.

— Знаю, — энергично, даже слишком энергично кивнул. — Просто в этом случае… Черт меня дернул. Подумал, раз уж она живет с мужиком, то какая разница…

Я думал что не смогу охренеть еще больше. Ничего, справился. Проскрипел:

— С каким мужиком?

— А ты не знал? Да, не знал, я думаю… Сам узнал недавно. Вот в этой своей квартире и живет, с парнем.

Тоже откуда-то из провинции тот. Думаю не менее ушлый, чем Настька. Наверняка он помог придумать, как продать девственность подороже…

— Пошел вон.

— Мих, ты чего? Да я правду говорю! Блядь, я, конечно, реально лоханулся, но даже не подумал, что ты настолько вляпался. Вы ж с виду даже интерес не особо испытывали друг к другу…

— Пошел. Вон.

Горильский, наконец вышел. А я смотрел на сжавшие столешницу пальцы в оцепенении.

Почему я не разбил ему морду? Не знаю. Это был мой друг — мой единственный друг.

И у него совершенно не было резона так поступать. Я, во всяком случае, не видел ни одного. Значит, он говорил правду?

Я не хотел в это верить. Потому что если все правда, то от меня мало что останется. Оболочка, мозг и право подписи.

А если шутка? Назло мне, потому что он терпеть не мог проигрывать?

Я должен был с этим разобраться. Должен был понять, что из его слов было реальностью.

Я вызвал Егора Константиновича. Глава СБ, прошедший со мной больше, чем кто-либо — он еще с моим отцом работал, тогда, в прошлой жизни.

Я не был с ним близок, но знал, что он сделает все, как я попрошу.

— Мне надо, чтобы вы кое-что проверили. Лично, — я говорил глухо, будто боясь, что произнесенные вслух, мои слова станут реальностью. — С кем… живет Анастасия. Что она живет с… парнем.

— Настя? То есть…Вы полагаете, с парнем? — он был в полном недоумении. Но повторять дважды не пришлось.

Я знал, что раз лично — он поедет сам.