Без разборов

Наконец он сильно дёрнулся несколько раз и застонал.

— Тише, тише, Андрей, — уговаривала его Лариса, прислушиваясь к беспрерывному хождению в коридоре. Кабинет Николаева был почти сразу возле входа на этаж уголовного розыска, и все проходящие в остальные кабинеты на этаже проходили мимо. Лариса молчала всё то время, которое они занимались сексом. Точнее, занимался только голодный Зоткин, Лариса просто молча позволяла ему это делать, беспокоясь лишь о том, чтобы их не услышали. Некогда Андрей затих на ней, она сразу сказала то, что не успела сказать с самого начала:

— Андрей, у меня месячные.

Надо стол вытереть быстренько. Вставай.

— А чё сразу не сказала? — вяло проговорил Зоткин, не поднимая головы. Он затратил много сил и сейчас тяжело дышал.

— А ты мне дал сразу сказать? — язвительно спросила Лариса. — Вставай. Зоткин тяжело поднялся с неё и, разогнувшись, равнодушно посмотрел на своё окровавленное хозяйство. В последний раз с Ларисой он встречался вот так ещё пару месяцев назад, когда закрывал дело.

И сейчас его не волновали такие мелочи, как критические дни. Поэтому даже если бы Лариса сказала ему об этом, он вряд ли отказался бы от удовольствия. Но сейчас он озабоченно искал глазами что-нибудь, чем можно вытереться самому и Ларисе, а также стереть кровь со стола.

— На вот, — достала Лариса ему из сумочки салфетку, и стала вытираться сама. — Потом стол ею же протри, а то больше нет.

— Ты бабок принесла? — спросил Зоткин, беря салфетку и заглядывая в её открытую сумочку.

— Да, вот возьми, — протянула она ему уже запаянный целлофановый свёрток. — Это всё, больше денег нет.

— А ты Банзаю звонила ещё раз? — спросил он.

— Да сколько можно ему звонить, Андрей? — спросила она немного возмущённо. — Я ж тебе говорила, не нужен ты ему. С тех пор как тебя закрыли, он ни разу не спросил ничего и не передал. Ты как будто сам не знаешь…

— Понятно, — зло протянул Зоткин, натягивая штаны.

— А Челюсти ты маляву отдавала?

— Да. Он вчера заехал, сказал что всё, с Виталей больше не работает.

— Отлично, — со злостью улыбнулся он. — Теперь Банзаю ещё вот эту маляву завези, пусть доброе дело сделает, в последний раз. Пока его не закрыли…

— Какое доброе дело сделает? — спросила Лариса.

— Бондаря хлопнет. Я Банзаю написал, что он тоже там был, когда в него стреляли. Щас он с ним разберётся.

— Зачем тебе это? — удивилась Лариса.